После встречи в Кремле еще месяца два ушло на завершение отчета о полете и передачу опыта основному и дублирующему экипажам, готовящимся к работе на станции «Мир». Затем вместе с семьей по приглашению Фиделя Кастро поехал отдыхать на Кубу. Это была моя вторая поездка на остров Свободы.
Каждая страна и ее народ имеют свои черты, особенности. Кубинцы, и это замечает каждый, кто их видит впервые, очень музыкальный и свободолюбивый народ. Наши встречи почти всегда выливались в музыкальный праздник. Нас встречали и провожали национальными танцами. Такого обилия красочных костюмов и масок раньше я нигде не видел.
Кубинцы свято чтут память о своих соотечественниках. Когда близ Гаваны в местечке Харуко была построена одна из первых земных станций системы «Интерспутник», ей дали название «Карибэ». Карибэ — индейское племя, которое насмерть стояло в начале XIV века против испанских поработителей. Именем этого свободолюбивого племени названо морское преддверие Америки — Карибское море. Это имя стало символом борьбы кубинских студентов за национальное освобождение. Им же кубинские специалисты назвали серию экспериментов получения полупроводниковых материалов советско-кубинским экипажем.
Разительные перемены, происшедшие на острове Свободы после народной революции, подняли республику поистине до космических высот. Разве мог мечтать веками угнетаемый кубинец о полете в космос? Революция, содружество социалистических стран позволили сделать это. Арнальдо Тамайо Мендес стал первым в Латинской Америке космонавтом, а его работа на орбите служила интересам развития науки и народного хозяйства Кубы.
Сахар — основа кубинской экономики. Вот почему предметом одного из исследований в космосе стал у советско-кубинского экипажа монокристалл сахарозы. Работа с ним не требует высоких температур, и это позволило создать оборудование для визуального наблюдения и фотографирования всего процесса формирования кристаллов. Исследования были направлены на поиск новых технологий производства сахара на Земле.
Для биологических экспериментов кубинские ученые выбрали дрожжи. Их жизненный цикл настолько короток, что позволяет за время полета изучить жизнь нескольких поколений. Выбор на дрожжи пал тоже не случайно. В республике хорошо освоено производство ферментным способом фуража для скота и спирта. А в нем широко применяются дрожжи. Поэтому и были поставлены эксперименты «Атуэя», названный именем вождя племени, сражавшегося в 1510 году против испанцев, и «Мультипликатор».
Есть еще один эксперимент, подготовленный с участием кубинских специалистов, в котором довелось участвовать и мне. Через два месяца после полета советско-кубинского экипажа стартовал наш корабль «Союз Т-3», доставивший на станцию «Салют-6» оборудование для эксперимента «Голограмма». В преимуществах объемного изображения убеждать, думаю, никого не надо. Нам тогда требовалось получить объемное изображение поверхности иллюминатора станции «Салют-6» с ямками и трещинами, образовавшимися в результате бомбардировки космическими частицами. Начатые мною вместе с О. Макаровым и Г. Стрекаловым исследования были затем продолжены В. Коваленком, В. Савиных, В. Джанибековым и Ж. Гуррагчей.
Тогда, в 1980 году мне довелось принять эстафету полетов в космос у Ю. Романенко и Т. Мендеса. Теперь наши роли поменялись. С острова Свободы мы с Т. Мендесом послали привет и пожелания успехов в работе на станции «Мир» Ю. Романенко и А. Лавейкину.
Космос начинается с Земли … 5
211 суток на орбите … 69
С думой о Земле … 125
