С Евангелием

* * *

Вместе с руками — наручников звон,
С верною дружбой — предательство.
Знай же, поправ святой правды закон,
Узришь в аду обстоятельства…

Выйдем мы, брошенные на распыл,
Выраженные в категории,
Будем стучаться из братских могил
В тяжкие двери истории!…

Ныне слышней, чем задолго назад,
Шепчет весь род человеческий,
С лаврских святынь бьет немолчный набат
На трехмиллиардное вече.

* * *

Как моя вселенная мала!
В десяти шагах стена тумана,
И тревога в сердце, будто рана,
И в ушах звенят колокола.

Как могучий маяк средь житейского моря,
Преподобного лавра стоит.
С континентов земли мчится радость и горе,
В необъятных морях гневный рокот бурлит…

Но ты бодро стоишь, невзирая на бурю,
Силы мало содержится в старой груди.
Волны хлещут кровавою пеной и дурью,
Ты в грядущее смело и ясно гляди.

Твои чада — вся Русь, все народы земные,
Все толкутся в тебе, суетясь, не молясь.
И глаза их — фото, что колеса стальные,
Торгашами слывут, и клянясь, не боясь…

Преподобный отец! Вложи дух небоязни,
В сердца верных детей, приютившихся там,
Отгони от святынь все грядущие казни,
Обрати юных души к их славным отцам…

* * *

Боже! Терпеньем меня награди,
Жить научи меня резво и здраво,
Больно уж сердце бунтует в груди.
Не перескочит ли слева направо?

Все почему, почему? — говорят,
Это не так, а это не эдак.
Зло уж готово, добра не творят,
Надо же делать что напоследок?

Боже! Смиреньем меня награди
И молитв святых обо мне не презри.
Голгофский крест слезой снабди
И бесов победа вмиг исчезнет!..

ПРЕПОДОБНЫЕ ОТЦЫ НАШИ СЕРГИЕ, СИЛЬВЕСТРЕ, ГЕРАСИМЕ, НИЛЕ, САВВАТИЕ И ВСЕ СВЯТЫЕ, МОЛИТЕ БОГА О НАС! АМИНЬ. АЛЛИЛУЙЯ!

ИТОГИ

Святоотеческий период включает в себя золотое подвижничество, начиная от далеких египетских пустынь, греческих христологических споров и кончая нашими русскими равнинами, горами, дебрями и лесами. Этот емкий и благодатный период — самый насыщенный, самый активный в борьбе за духовную свободу христианина, подвижника, служителя Церкви. Не касаясь сторон эволюции христианской жизни западной Церкви, мы коснулись главным образом Восточного Православия, к которому относится наша Русская Православная Церковь. Здесь за весь долгий святоотеческий период Господь посылал Церкви дивных мужей, стойких борцов за чистоту Православия и решительных сторонников свободы христианской совести. Мирская власть всегда стремилась поработить себе Церковь. Так было у греков, так было в царской России, так есть и теперь. Но поскольку Церковь Христова есть организм чисто духовный, не от мира сего, то она должна заниматься духовными делами. Однако, были духовные чины, которым мало было церковных дел, и они лезли в гражданские сановники и таким образом мешали гражданское с духовным, становясь более светскими политиками чем духовными отцами. В таком вавилонском смешении могло ли быть успешным дело Евангельской проповеди? Могло ли слово Божие свободно пленять души и сохраняться чистым сущность Христова учения?

Многих святых отцов и подвижников мы не коснулись в этих записях ввиду их многочисленности. И все они шли по жизни с Евангелием не только в руках, но и в сердце; они показали нам воочию, что духовная жизнь выше жизни мирской, что дело спасения души выше всех прочих дел житейских как бы они ни казались значительными. Отсюда вывод: если ты — христианин, то будь уж настоящим, преданным христианином, а не лжехристианином; если ты — монах, то будь уж настоящим монахом, а не лицемером и карьеристом; если ты, тем более, духовное лицо — иерей или архиерей, то будь уж истинным, жертвенным, безкорыстным пастырем, а не торгашом своей совестью. Теперь время поисков, время нахождения новых, более совершенных форм и методов работы, но это в мире техники, медицины, электромеханики и пр. В духовной науке все остается так, как сказал Христос, как вымучили святые мученики, как пережили святые богоносные отцы. Нового нам теперь выдумать, найти, изобрести нельзя, да мы и не в силах… Какие мы теперь “Златоусты”, умудренные подвижники?! Какой у нас духовный аскетический или благодатный опыт?! А если так, то остается нам смиренно следовать учению и наставлению богомудрых отцов, бывших прежде нас. Если же мы ухитряемся создать какое-то новое христианство, какое-то смешение или даже слияние Православия с католичеством, протестантством и даже социальными философиями мира сего, тогда добра ждать нечего…