Влад еще держал меня за руку и, когда я резко ее вырвала, удивленно посмотрел на меня.
– Ты такой же, как твой отец, – сказала я, не обвиняя, но словно объясняя для самой себя.
– Что? Что ты сказала?
– Он затащил меня в тот дом, я пряталась от него еле сбежала. А он остался. Вот как там оказались мои туфли.
– Почему ты вдруг все вспомнила?
– Ты догадывался? – тихо спросила я, – Поэтому со мной подружился, чтобы все узнать?
Вдруг лицо Влада резко переменилось, оно превратилось в непроницаемую маску.
– Ничего этого не было. Ты все врешь. Придумала, чтобы привлечь к себе внимание хоть какой-то историей в твоей скучной жизни.
– Что? Ты ведь сам видел…
Но он смотря мне прямо в глаза заревел глухим голосом:
– Она здесь! Держите ее.
Я прижала левой рукой кристалл к себе еще сильнее и замерла. Когда в возникшей вдруг тишине злобно ухмыляясь подошли два его друга, я подумала, что меня здесь никто не найдет.
– Выходи, – сказал Андрюха похлопывая палкой по своей руке.
– Нет, – сказала я.
Тогда он замахнулся своей палкой высоко занеся ее над головой, я зажмурила глаза, но в этот миг раздался грохот и звон – это лопнули и посыпались цветными осколками огромные витражные окна.
Мальчики закричали и скрутились на полу закрываясь руками от падающего стекла. На меня не упал ни один осколок – сверху меня закрывал металлический лист станка.
Когда все утихло я наклонилась к Владу и чуть тронула его за плечо.
– Ты в порядке? Он застонал и стал с трудом вставать. Я проверила свой кристалл и на негнущихся ногах пошла к выходу. Издалека донесся звук сирен и я не успела дойти до нашего потайного выхода, как с другой стороны ворвались пожарные и милицейские в форме. Меня вынесли наружу, я показала на мальчишек и ответила на вопрос, сколько человек было в здании. На улице уже почему-то было темно, словно наступил поздний вечер. Подъехала скорая и осмотрев меня врач разрешил пойти домой – на мне не было ни царапинки. Милиционер задал мне много вопросов, но я смогла ответить только на несколько из них. Да, мы были там вчетвером, да забрались через заднюю дверь без спроса, да вдруг от резкого ветра разбились стекла.
Меня проводили до дома и, кратко рассказав родителям в чем дело и пообещав позже вызвать нас в милицию, посоветовали уложить меня сейчас спать.
По моим ощущениям прошло всего часа два как я вышла из дома, но часы показывали десять вечера.
Мама долго не могла понять как я оказалась на старом заводе.
– Мы просто хотели посмотреть, что там внутри, дверь была открыта.
– Но почему ты гуляла с мальчиками?
– Что? – я не поняла ее вопроса.
– И зачем вы забрались туда? Разве нельзя было играть во дворе?
Я увидела, что она начала раздражаться, пытается сдержаться и не сорваться на крик.
– Мы играли с Владом, потом он рассказал все своим друзьям, они начали все крушись, в общем, это не важно,– начала я.
– С Владом! С каких пор ты с ним дружишь? Почему ты не гуляла с подружками?
Разве она не знает, что у меня нет подружек? Но сейчас я должна рассказать ей другое.
– Мама, папа Влада, ну который погиб…Он знаешь, он повел меня в ту новостройку, потащил, я не могла убежать, потом я вырвалась, а он шел за мной и я спряталась в лифте…– я посмотрела на маму, мне так хотелось, чтобы она поняла сама все без слов и просто обняла меня, сказала, что все будет хорошо.
– Что ты говоришь? Боже мой! – мама вглядывалась в мое лицо, как-будто увидела его в первый раз, – ты пошла с этим мужчиной в недостроенный дом? Зачем?
Я не могла понять почему она задает совсем не те вопросы.
– Ты не поняла… он повел меня, я рассказала Владу об этом, но он видел нас…
– Кому ты рассказала? Боже мой, что теперь скажут люди, о тебе, о нас – она села и закрыла лицо руками. Я почувствовала, что сделала что-то ужасное и не знала, как это исправить.
– Мама…
– Ты ведь это выдумала? – мама внимательно всмотрелась в мое лицо. Кажется, ей очень этого хотелось.
– Да, ты права. Ничего не было. Я все придумала, чтобы меня не ругали.
Она с шумом и, кажется, облегчением выдохнула. И положив руки на стол сказала мне:
– Это очень плохой поступок. Ты наказана на все лето, будешь сидеть дома, никаких прогулок, никаких друзей, – все еще срывающимся от нервов голосом сказала она, глядя в темное окно.
Я встала из-за стола и сжав в руке кристалл ответила: