– Что это? – Марк смотрел на свои руки, винтовка расплавилась и стекла черной маслянистой жидкостью. Я подняла голову вверх подставляя лицо ливню. Голубое небо рассеивалось и в прогалинах видны были темные тучи. Трава смешивалась с водой и сливалась в цветные ручьи. Вокруг нас были уже бесформенные холмы с цветными мазками, но постепенно пропадали и они, сливались, уходя в мокрый песок. Боясь пошевелиться мы молча стояли на плоской равнине, а вокруг исчезали последние остатки леса.
– Вон они! – резкий крик вывел меня из оцепенения. Обернувшись, я увидела бегущие к нам фигуры. За ними набирая скорость ехала машина.
Антон убрал оружие и подошел к Великану, Марк помог мне встать на ноги и мы, прихрамывая, шатаясь, убирая со лба мокрые волосы побрели под дождем навстречу.
– Стойте, – сказала я в остановившись рядом с машиной, – а они настоящие?
– Мы то настоящие, а вот ты почему опять без обуви? – спросил Леший.
Я вдохнула сладкий воздух цветов после дождя и обернулась на темный силуэт города в Ворожейных землях. Из кармана я достала кучку влажного пепла – фото исчезли. Видимо, на этот раз мы все-таки смогли выбраться.
Уже потом ребята рассказали что было с их стороны. Когда я убежала, а Антон бросился за мной, ребята решили сначала отвезти раненых на поезд. А потом, оставив Бэссу помогать Хе, забрали Лану и Дона и вернулись за нами. Пока экипировались – решили взять еще веревки и огнетушители – начался дождь. И прямо на глазах весь город начало словносмывать водой. И они увидели нас: Марка и Антона с оружием наперевес, раненого Великана и меня на земле.
Никто из нас четверых не стал рассказывать подробности, сославшись на усталость, мы обработали ушибы и царапины, потом взяли ужин с собой и разошлись по вагонам.
Сидя на кровати я не почувствовала что поезд тронулся, но заглянув в окно увидела, как еле заметные в темноте, проносятся мимо лес и вершины гор вдалеке.
Я так и не спросила Марка, говорил ли он мне все на самом деле или это было мое воображение. Он бросился на Великана, прямо на ружье, чтобы защитить меня. Или он сделал это по привычке, потому что думал, что должен так поступить?
Что стало в Великаном, которого я запомнила веселым и добрым мальчишкой. Несколько месяцев в одиночестве, страхе и сомнениях превратили его в озлобленного и разочарованного человека, готового выстрелить в ближнего?
А что стало со мной за эти несколько месяцев? Это еще я, ученица средней школы или уже другой человек?
Почти весь следующий день я отсыпалась. Бесса занесла мне завтрак и новые белые кеды. И опять на мгновение я подумала, что нахожусь в палате. Ненадолго просыпаясь я проваливалась снова в кошмар, где смешивалось все: Больница, сжимающиеся стены, Мама, протягивающая ко мне руки и превращающаяся в пепел. Потом я тонула в болоте и убегала от огня, а Марк снова и снова сталкивал меня со скалы говоря, что устал от меня.
Проснулась я без сил и проголодавшейся. Одевшись, обувшись, кое-как умывшись и расчесавшись я вышла из вагона искать ребят. Вообще, все пользовались электронными приборами, вроде маленького компьютера, поменьше квантокарты. Но я не умела с ним обращаться и поэтому просто ходила по вагонам, заглядывая в двери. Так я увидела, что все собрались в каюте капитана и, суда по разговорам и удобным позам, сидели они тут уже давно. Интересно, почему не позвали меня?
Когда я вошла раздались приветственные возгласы. Все выглядели оживленными и радостными, меня это смутило. Только Хе сидела на диване молча, поджав ноги, ее волосы были пострижены в каре, чуть ниже подбородка. И мне казалось, что от них до сих пор немного пахнет гарью.
– Ты молодец, – сказала она мне, когда я села рядом, – ребята рассказали, как ты смело держалась. И как вы спасли Велика. Я посмотрела на мальчика. Сегодня он был другой, напряженный холодный взгляд исчез, движения стали не такими резкими и даже голос мягче. Он был почти такой, каким я увидела его в первый раз. Но разве можно стать прежним после всего пережитого? Внутри у него все равно должны были остаться недоверие, обида, злость. У меня, во всяком случае, все это есть, никуда не делось.
Заметив мой внимательный взгляд Великан дружелюбно сказал мне:
– Извини, что я так себя вел. Сама понимаешь, столько времени провести на грани реальности, уже не знаешь, чему верить. Но я бы никогда не причинил тебе вред.