— Да, ты что-то хотела? — спросил Асаф, задыхаясь.
— Ты чего вернулся? — удивилась она.
— Но ты ведь позвала… и еще я забыл отдать тебе письмо Леи.
— Письмо Леи?
— Она дала мне для тебя письмо, но ты меня треснула дубиной, а потом все это закрутилось с Шаем, и я забыл.
Асаф протянул Тамар письмо. Они стояли рядом, отчужденные и раздираемые чувствами. Она комкала в руках конверт. Он смотрел, как на ее шее бьется голубая жилка, он едва сдерживался, чтобы не коснуться этой жилки пальцем, погладить, успокоить. И только через минуту догадался спросить, зачем она его, собственно, позвала.
— Зачем? — удивилась Тамар. — Ах да, погоди. Вот, послушай…
Она спросила, готов ли он сделать для нее еще одно доброе дело, последнее дело, колоссально важное дело. Асаф в отчаянии развел руками и даже топнул ногой: ну почему последнее, почему? Но вслух ничего не сказал, взял листок с номером телефона, выслушал многочисленные указания и вопрос, который он должен задать. По правде говоря, задание показалось ему слишком тяжелым. Тамар тоже это понимала:
— Конечно, я должна сама с ними поговорить… но как? Отсюда?
Асаф пообещал, что все сделает.
— Тогда повтори еще раз, что ты им скажешь!
И она заставила его в точности повторить вопрос, и он покорился, завороженный этим первым проявлением дотошности и упрямства, напуганный чуждыми ему хитросплетениями ее семейных отношений, открывшимися перед ним во всей своей неприглядности. Она тотчас почувствовала его недоумение и, когда он успешно сдал тест на память, беспомощно уронила руки и растерянно, беззащитно посмотрела на него.
— Странно, я рассказываю тебе о вещах, о которых не рассказывала никому.
— Послушай, к трем часам я вернусь.
— Да, да, мне пора к Шаю.
Она повернулась и побрела к пещере — глядя в лицо реальности, понимая, как трудно дастся ему возвращение в этот ад после того, как он окунется в нормальную человеческую жизнь.
Асаф выбрался на шоссе, дождался автобуса и, вглядываясь в дорожные указатели и таблички с названиями улиц, определил, где находится. Дома он прослушал сообщения на автоответчике. Снова звонил Рои, осторожно спрашивая, не стоит ли им встретиться, чтобы поговорить по-мужски. Ему кажется, что Асаф переживает какой-то кризис, и это стоит обсудить, не так ли? Нет, не так, ответил Асаф и перешел к следующему сообщению. Родители передали, что отправляются в трехдневную прогулку по пустыне, так что пусть он не беспокоится. Асаф улыбнулся: точно кто-то подстроил так, чтобы эти три дня он чувствовал себя совершенно свободным. Он перемотал пленку и еще разок послушал их радостные голоса: они уже совсем очухались от перелета, утречком посетили фирму, где работает Джереми, и даже папа, с его тридцатилетним стажем, объявил, что такого он еще не видал.
Далее следовало подряд семь сообщений от Носорога, в последний раз он заявил, что если Асаф не объявится до двенадцати, то он, Носорог, звонит в полицию.
Оставалось еще десять минут. Асаф выпил один за другим три стакана мангового сока и позвонил в мастерскую. Вопль Носорога перекрыл даже шум станков. И Асаф тут же вспомнил, почему он так его любит, если об этом вообще нужно было вспоминать. Асаф рассказал ему все, ничего не скрывая, кроме новостей из Америки и кроме того, что с ним творится, когда он рядом с Тамар (то есть кроме самого главного). Носорог слушал не перебивая. Вот это Асаф в нем особенно любил: ему можно рассказать целую историю, от начала и до конца, не опасаясь, что тебя будут перебивать дурацкими вопросами.
Когда он закончил, Носорог спокойно сказал:
— Ну что, ты это сделал, а? Весь Иерусалим перевернул, но все-таки нашел ее… Правду сказать, Асаф, я не верил, что у тебя получится.
И, по сути, только теперь Асаф впервые осознал, что он действительно смог это сделать, смог найти Тамар… Даже странно, что эта мысль ему раньше не приходила в голову. Наверное, потому, что, найдя ее, он тут же окунулся в новую задачу, в проблему Шая, а потом… Да у кого из них было время вздохнуть?
Носорог быстро, по-военному, задал несколько вопросов. Знает ли он, что за люди охотились за Тамар и Шаем? Грозит ли им по-прежнему опасность? Где в точности находится ресторан Леи? И можно ли получить координаты пещеры — исключительно на крайний случай? Он трижды предостерег Асафа, чтобы тот хорошо проверил, не следят ли за ним. В пустыне он, может, и был в безопасности, но в городе его запросто могут выследить. Только затем Носорог небрежно поинтересовался, что слыхать в скорбной диаспоре.
Асаф ответил, что ему не удалось с ними поговорить. Ему оставили короткое сообщение, что они отправляются в путешествие на три дня, а значит, все более или менее в порядке. Он говорил немного торопливо, но понадеялся, что за шумом станков Носорог не уловит его суетливости.