Мы вспоминали вашингтонского журналиста, который похвалялся, что, разъезжая по всему миру, он усердно изучает все, что доставляет человеку наслаждение. Из этого у него выкристаллизовался некий собственный идеал мирного сосуществования. «Я хотел бы, — говорил он, — иметь виллу в горах Явы и жить там с японской женой, китайским поваром и американской уборной».
Мы побывали в храме китайского района. Он веселый и пестрый, как Луна-парк, на его крыше резные деревянные драконы с глазами, укрепленными на проволочных спиралях, так что они раскачиваются от ветерка. Все внешние стены расписаны в стиле фасадов американских кино, обезьяний король фехтует там с черепахой, а небесная принцесса в одежде юного воина побеждает свирепого повелителя вод. Ловкий подражатель выпускам комиксов оставил следы своего искусства и внутри молельни. Он нарисовал на всех стенах приключенческую серию поединков и похищений из жизни популярных героев с традиционным счастливым концом. Представляете себе, как это выглядит? Так, как если бы какая нибудь церковь и Чехословакии, стремясь во что бы то ни стало привлечь как можно больше прихожан, провозгласила «Похождения Швейка» священным писанием и оклеила свое помещение иллюстрациями Лады и плакатами фильмов с участием Ноля и Грушинского.
Гвоздем нашего пребывания в Бандунге была экскурсия на Тангубанпраху, настоящий огнедышащий вулкан. Нас сопровождал чрезвычайно многочисленный военный конвой, который охранял нас, когда мы удовлетворяли наше туристское любопытство. Конвой занял все уголки в округе. Дело дошло до крупных стратегических операций, кровь, насколько мне известно, не была пролита, но красная фруктовая вода, привезенная для нас специальной военной машиной, лилась рекой.
Началась наша поездка с того, что, миновав город и красивые виллы на его окраинах, мы поднимались в гору по тропической местности. Джунгли здесь более всамделишные, чем на Цейлоне, деревья достигают импозантно!! высоты, а среди них растут папоротники, как в доисторические времена. Их побеги, похожие у нас дома на маленькую свернувшуюся гусеницу, здесь больше загнутого конца пастушеского посоха. Потом дорога сузилась, стала круто петлять и достигла тысячи восьмисот тридцати метров над уровнем моря.
Во время езды некоторые, принюхиваясь, чувствовали запах серы. Ад был действительно неподалеку. И вот мы на краю кратера. Заглянули в его глотку. Гора здесь открывала пасть, словно хотела показать все свои «гиги». Самого жерла я не видел, оно засыпано остывшими камнями. Лишь время от времени над изрезанным дном пропасти подымались вонючие испарения. На противоположном краю кратера из-под земли подымались целые тучи, закрывшие девственный лес полосами зловещего серого тумана.
Это было потрясающее зрелище, его масштабы не может верно передать ни один фотоаппарат. Дикое пространство нельзя, к сожалению, показать на снимке или даже описать словами. Видоискатель аппарата и глаз человека растерянно блуждали по выжженной утробе горы, чтобы уловить ее величие и не ограничиваться фразами с ничего не выражающими прилагательными — огромный, чудовищный, страшный или великолепный. Мы облегченно вздохнули и были счастливы, когда среди этого первобытного хаоса мелькнул след пребывания человека. Неподалеку от того места, где из-под земли подымались тучи серных паров, прежние посетители сложили из камней буквы. Вы мне не поверите, но у меня восемнадцать свидетелей, кроме того, я могу представить фото: на дне кратера яванского вулкана было написано: CSR — Чехословацкая Республика.
УТРО НАД АЗИЕЙ
Нижеследующее является небольшой вставкой обобщающего характера в духе Бандунгской конференции. Не кажется ли вам, что эта главка получила слитком торжественное и поэтическое название?
Но, читая эту книгу, вы, вероятно, уже заметили, что я избегаю лирики, и заподозрите, что в этом названии кроется какой-то подвох. Чтобы не разочаровывать вас, признаюсь сразу, что речь пойдет не об утренних ароматах и не о сообщениях о развитии недавно освобожденных стран, а главным образом об измышлениях некоторых мелких людишек на Западе, враждебно относящихся ко всему, что происходит на Востоке.