Недаром ведь говорят, что дети — цветы жизни… Жаль, что у них с Валей их, скорее всего, не будет. Но ничего. Если Бог не подарим им своего малыша, то они обязательно возьмут кроху из дома малютки. Будут растить, как родного… А в том, что Валентин согласится, Любовь была уверена, как никогда и ни в чем. Впрочем, до момента, как они будут готовы к такому шагу морально, следует позаботиться и о благе материальном. Как минимум — обзавестись собственным жильем, чтобы твердо стоять на ногах и быть уверенным в завтрашнем дне…
Квартира встретила приятным, терпким запахом хорошего шоколада, в котором улавливались и слабые цветочные нотки.
Люба скинула сапоги, повесила куртку и, разматывая на ходу шарф, пошла на запах, который доносился из спальни. За мутным стеклом двери царил полумрак, будоража воображение мнимой непредсказуемостью.
— С праздником, любимая, — дверь открылась за миг до того, как Люба взялась за ручку.
Свободной от букета рукой Валентин обнял ее и крепко поцеловал, затаскивая в комнату. В свете декоративных свечей, по устланному бархатными бордовыми лепестками паркету они дошли до кровати. Любовь оторвалась от его губ, только чтобы потянуться к футболке, намереваясь снять ненужный сейчас элемент одежды, но Валя мягко остановил: сладкое сегодня лучше оставить на десерт.
Он и сам отстранился с явной неохотой, чтобы вручить букет.
— Это тебе, — лучезарно улыбнулся он, — самой обаятельной и привлекательной женщине на свете.
— Очень красивые, — Люба вдохнула тот самый, легкий цветочный аромат, что услышала, войдя в квартиру. А еще по-прежнему пахло шоколадом… Так, что скулы сводило, а во рту уже целое озеро образовалось. Желудок жалобно заурчал.
— Это еще не все, но, так как ты голодна — немедленно едем в ресторан. Остальное потом.
Вернулись они ближе к полуночи, утомившиеся, но жутко довольные проведенным вместе вечером. А потом настало время подарков. Валя первый протянул ей красивую коробочку.
— Что там? — Люба бросила на мужчину заинтересованный взгляд, лишь на миг оторвавшись от подарка.
Валя не ответил. Затаился, почти не дыша, в ожидании, когда она наконец достанет подарок. Он так ждал ее реакции…
— Часы! — восхищенно воскликнула Любовь, разглядывая искрящуюся камушками кайму циферблата. — Ой! — спохватилась тут же, увидев на дне коробочки еще кое-что. Записку.
«Чтобы ты помнила о нашем времени так, как помню о нем я…
С любовью, Валентин»
А стрелки часов застыли на половине восьмого утра…
Не «Картье», конечно, но видно, что выбирались с любовью…
На глаза навернулись слезы радости. Любовь порывисто обняла своего мужчину, роняя слезы и всхлипывая, как безутешный ребенок, но чувствуя, что только сейчас, к своим двадцати восьми ей посчастливилось встретить мужчину, с которым хоть на край света, беспрекословно… С которым она по-настоящему счастлива. И без которого, кажется, теперь не сможет жить.
— Тише, солнце, тише… Это всего лишь подарок, простой подарок, — крепко прижимая к себе, он гладил ее по спине, в попытке успокоить. И он лукавил. Конечно, он неспроста выбрал именно часы.
— Все, больше не буду, — улыбнулась она, отстраняясь и смахивая влагу с лица. — А у меня тоже есть подарок для тебя…
Люба принесла откуда-то из прихожей перевязанную бантом розовую свинку-копилку, которую купила сегодня. Потрясла ее, звеня мелочью, уселась на усыпанный лепестками пол, рядом с Валей, и сказала:
— Мы с тобой теперь в одном котле. А эта милая свинка — мне подумалось, она идеально подходит, как символ того, что теперь у нас все на двоих: и радости и горести… Ну и стартовый капитал, — она снова потрясла копилкой и улыбнулась на улыбку Валентина, — для удачного начала, так сказать…
— Я уже говорил, что люблю тебя? — прошептал он ей в волосы.
— И показывал, — кивнула она, — И даже доказывал… но это было так давно… Утром…
— А как же вино и шоколад? — беззлобно усмехнулся он, блуждая руками по ее спине, а губами по лицу.
Она покосилась на непочатую бутылку и приоткрытую коробку швейцарского шоколада, которая источала тот самый, умопомрачительный аромат, и ответила не раздумывая:
— А, черт с ними! Не убегут…
20. Эпилог
Три месяца спустя
В прихожей хлопнула дверь.
— Валь, ты? — крикнула из кухни Любовь. — О, черт!.. Только не подгорай, только не подгорай!.. — зашептала скороговоркой, как мантру, пока доставала противень из духовки.
— Вот чего мы так переживаем, спрашивается? — улыбнулся вошедший Валентин и притянул к себе любимую, кладя аккуратный букетик на край стола. — Как будто на выставку кулинарного искусства готовишься.
— Я просто очень волнуюсь перед встречей, и переживаю, что не понравлюсь твоим родителям… — пождала она губы.
За прошедшие три месяца их насыщенная событиями жизнь, казалось, успокоилась. Вошла наконец в привычное русло, после недолгих, но все же разборок и судов. Разводы были оформлены. При разделе имущества они продали свои квадратные метры бывшим супругам, а полмесяца назад нашли квартиру и собирались приобрести ее в ипотеку. Только не успел Валя обрадовать Любовь новостью о том, что им одобрили кредит, как Люба первая сообщила о радости: она беременна.
Сколько счастья тогда было! Валентин сначала смотрел с недоверием, ожидая подвоха или слов о розыгрыше, но умом понимал: такими вещами Люба шутить уж точно не станет. Заулыбался и, хохоча, как идиот, подхватил свою женщину на руки и закружил, крича слова любви…
И тогда они поняли, что стоит наконец уже рассказать обо всех треволнениях последних месяцев родителям. А Валентин про себя еще и решил, что обязательно сделает эту женщину своей и перед законом.
— Ой, что это? Боже, какое чудо! Но откуда? — голос Любы прервал поток воспоминаний. Она подняла на руки вбежавшего в кухню щенка: — Какой же ты хорошенький! Слишком красивый, похож на плюшевую игрушку, — улыбнулась Любовь.
— Только эту игрушку еще кормить надо, купать, вычесывать и выгуливать, — фыркнул Валя в ответ.
— Надо — значит, будем! — постановила Любовь. — Он теперь наш член семьи! Только еще имечко придумать бы… Как тебя назвать, дружочек?
— Подумаем над этим позже, — притянув ее вместе с перепуганным щенком и обняв за плечи, Валя добавил: — И не волнуйся, я с тобой, — он склонился для поцелуя, но в этот самый момент в дверь позвонили…
— Они? — испуганно прошептала Люба.
Он чмокнул ее в лоб:
— Пойдем посмотрим?
Любовь выпустила щенка, который с радостным визгом умчался куда-то в другую комнату, выключила конфорку плиты, путаясь в тесемках, стянула фартук и, пригладив волосы, последовала за Валентином.
Мужчина поглаживал бархатную коробочку в кармане, но волновался заметно меньше — уверенность в том, что поступает правильно, попросту не оставляла места сомнениям. Иначе быть не может, и не должно. Сегодня он официально сделает ей предложение…
Они подошли к двери и Валя, заглянув в глазок, сказал шепотом:
— Это они… Только не нервничай, все будет хорошо…
И она поверила ему на слово. Ведь прошлое осталось в прошлом. А впереди у них было… все.
Конец.
Больше книг на сайте - Knigoed.net