Последняя череда грубых толчков, еще несколько самых глубоких… Пульс, и гулкий стук сердца в ушах… Задержка, сдержанный стон, и один короткий, слабый толчок.
Он вышел.
Смыв с себя следы собственного семени и не говоря ни слова, мужчина покинул ванную. Ноги по привычке понесли его в спальню. Взгляд упал на супружеское ложе. И неизвестно, сколько бы еще Валентин простоял в задумчивости, однако плеск воды в ванной вернул его мысли к реальности.
Забрав свою подушку и отыскав в шифоньере запасное одеяло, он отправился в гостиную — ночевать на диване.
9. Место встречи изменить нельзя (7 фев)
Звякнул колокольчик: дверь открылась, впуская вместе с холодом очередного посетителя.
Направляясь к стойке заказов Люба машинально посмотрела в сторону, где уже сидел Валентин, и остановилась: мужчина явно был поглощен какими-то думами, и пребывал не в лучшем из своих настроений.
Проигнорировать и просто сделать вид, что не увидела, женщина не могла. Да и не хотела. Поэтому уверенно двинулась в его сторону.
— Простите мне мою наглость… — с улыбкой проговорила она, присаживаясь за столик Валентина.
После принятого вчера решения с души словно камень свалился, хоть Любовь и понимала, что решение — это только начало пути. И если учесть характер Сергея — пути довольно длинного. Но и этот факт не мог омрачить внутреннего парящего состояния души, и даже некоторой радости.
— …вы не против…
Остаток фразы она просто проглотила: мужчина накрыл своей ладонью ее, сжал легонько пальцы в своих и поднял на нее свой печально-задумчивый взгляд.
По спине ее пробежал легкий холодок. Люба слабо поежилась.
— Валентин, у вас все хорошо?
Он промолчал. И внезапно приложил ее руку к своей щеке. Потерся легкой щетиной, закрывая глаза и, коснувшись губами пальцев, поцеловал в ладонь. Одновременно с этим жестом в помещении вдруг сделалось нестерпимо жарко, к шее и щекам женщины прилила кровь. Люба расстегнула наполовину куртку.
Валентин долго смотрел ей в глаза, а после, не говоря ни слова, встал и потянул ее за собой.
Едва они сели в машину, Люба вопросительно посмотрела на него:
— Может, вы все-таки скажете, что случилось?
— Ты, — проговорил он себе в кулак, наблюдая за снующими по проспекту автомобилями.
— Что? — выйдя из секундного ступора, переспросила она.
— Обращайся ко мне на «ты».
Женщина замялась на миг, но после все же кивнула, и повторила свой вопрос.
На какое-то время повисла пауза. Валя словно собирался с мыслями; решал, стоит ли говорить об этом вообще.
— Мне жена изменяет, — выдал он наконец бесцветным голосом.
Теперь настал Любин черед молчать.
Она взглянула на него с какой-то затаенной надеждой… Женская ладошка легла поверх широкой мужской ладони, нежно поглаживая большим пальцем.
— Ты ее любишь? — Люба задержала дыхание, чтобы не пропустить ни одного слова, не ошибиться, не ослышаться…
«Конечно, любит…» — ответила машинально на свой же вопрос.
— До встречи с тобой, думал, что да.
Ее рука непроизвольно вздрогнула. Еле заметно, но этого оказалось достаточно, чтобы мужчина сжал ее пальцы.
— А наша встреча что-то изменила? — ее взгляд невольно переместился на переплетающиеся пальцы.
Валентин повернулся к Любе, подцепил ее подбородок свободной рукой, настаивая на контакте взглядов. Подался к ней, но в момент, когда их губы оказались в опасной близости, а дыхания смешались, женщина сконфуженно отвернулась.
— Я… на работу опаздываю.
«Как там говорится? На чужом несчастье счастья не построишь…»
Мужчина покосился на приборную панель, — естественно, времени еще оставалось порядком, — но ничего не ответил, просто отстранился. Понимал, все-таки, что торопит события, ругал себя мысленно, что пугает ее своим напором, — а в том, что пугает, сомнений не возникало, стоило лишь посмотреть в голубые глаза, — однако с собой ничего поделать не мог. Да и хотел ли?
Всю короткую дорогу они молчали. Лишь подъезжая к школе, Любовь попросила остановиться подальше — так спокойнее. Валя спорить не стал.
— Люб?
Она замерла, так и не донеся руки до дверной ручки, но оборачиваться не стала.
— Встретимся после работы?
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Не хотел прибегать к такому гадкому способу, но придется: я вчера помог тебе, — хоть сам я этот сущий пустяк помощью не считаю, — сегодня прошу об ответной помощи.
Любовь задумчиво хмыкнула:
— Знаешь… мне тоже муж изменяет…
— А ты?
— Что — я?
— Любишь его?
Она лишь пожала плечами и покачала головой. От скользящей по волосам и спине ласковой руки, захлестнула с новой силой притихшая обида. Любови казалось, что все слезы были выплаканы за годы брака с Сергеем. Но лишь казалось. Потому что сейчас пришлось закрыть глаза, чтоб удержать в них непрошенную влагу.
— Может, нам стоит сходить к психологу?..
— Не считаю это необходимым. Живое общение — все, что нам сейчас нужно. И уж получше всяких там психологов, — отрезал Валентин.
Поколебавшись внутренне и подумав, Люба тихо шмыгнула носом и ответила:
— Освобождаюсь в три. Сюда приезжать не нужно — у меня могут появиться проблемы, — пояснила коротко. — Встретимся на старом месте.
10. *** (7 фев)
Валентину пришлось отпрашиваться у начальника отдела, чтобы быть на месте к условленному времени. В принципе, они с Любовью могли бы условиться в другое время… если бы Валя не забыл взять у нее номер. Но что уж теперь эти «если»? Пришлось бежать к начальству, пока еще оставалось небольшое окно после ланча.
Тимофей Тимофеевич — слывший в узких кругах Баженом, и по стечению обстоятельств являвшийся старым сослуживцем Валентина, другом, и просто хорошим человеком, — окинул подчиненного шутливо-недоверчивым взглядом.
— Горит? — осведомился коротко.
— Вот так надо, Тимох, — Валентин провел ребром ладони по горлу. — Теща приезжает сегодня, — тут он малек приврал, так как горячо любимая родственница, если верить словам Лены, приедет только в субботу, — жена уже плешь проела: это не то, то не так, то купи, то надень, в трусах по дому не ходи, носки не разбрасывай… С вокзала «маму» вовремя встреть…
Бажен густо рассмеялся, и согласно кивнул:
— Уж кому как не мне тебя понять, старина, — он покрутил на запястье часы, посмотрел на циферблат и махнул рукой: — Ладно уж, черт с тобой… Можешь идти, но последние проекты чтоб сдал вовремя — итак сроки подгорают…
Валя заметно воодушевился, кивнул и, бросив короткую благодарность, поспешил покинуть кабинет начальства, попутно обдумывая кое-что по дедлайнам последних проектов.
Как бы то ни было, но у кофейни Валя был в без пяти три, что не могло не радовать — успел, все-таки. И отчего-то заметно волновался, смахивая с себя несуществующие пылинки и приглаживая волосы, стоило подумать о предстоящей встрече, как о давно забытых свиданиях; представить происходящее именно в таком ключе. Впрочем, а было ли все это чем-то иным?..
А вот Любовь, как и пристало порядочной женщине, немного опоздала. Ровно на столько, сколько занимал пеший путь в четыре квартала до ближайшей школы.
Мужчина поморгал дальним светом, чтоб не выискивала его долго и, спешно выйдя, заботливо открыл ей дверцу.
— Спасибо, — Люба коротко улыбнулась, а стоило спутнику занять свое место, взглянула на него с интересом: — И… куда мы поедем?
— Ты когда-нибудь кормила белочек в парке?
Она рассмеялась: