Мы приближаемся, и дочь реагирует быстрее меня — протягивает мальчику руку и бодро заявляет:
— Привет, я Вера, а тебя как зовут? Почему ты плачешь? Что случилось?
Ох, и говорунья!
Тем временем это действует — наш новый светловолосый и голубоглазый знакомый перестает плакать, с подозрением смотрит на нас и угрюмо молчит, лишь сопит.
— Ты не бойся, мы помочь хотим, да, мам?
— Да, — киваю. — Я Надежда Алексеевна, а это моя дочь Вера, мы живем неподалеку. А тебя как зовут?
— Максим... — тихонько шепчет мальчик.
— Может, тебя домой проводить? Где ты живешь?
Вижу, как начинают дрожать губы Максима, и он с отчаянием выдает:
— Я потерялся!
Я вздыхаю. Ну ладно, одной проблемой меньше — хотя бы ясна причина слез. А дальше — дело техники, узнаю, где он живет, и отведу домой.
— А где ты живешь? Давай проводим.
— На Ягодной...
Я мысленно присвистываю — ничего себе Максима занесло. От нашей, конечной остановки трамвая до этой улицы остановок пятнадцать.
— А как ты тут очутился?
— Ехал домой из школы и уснул в трамвае, — оправдывается он, — проснулся, когда сказали всем выходить, потому что конечная.
— А почему не сел в обратную сторону?
— Денег нет... и... и... папа меня убьет!
— Почему? — искренне интересуется Вера.
— Он должен был меня забрать из школы, а я его не дождался, сбежал раньше, — всхлипывает Максим.
Как я понимаю его чувства! Помню, как сама в детстве после первого учебного дня пошла в гости к новой подружке. Ее родителям, конечно же, сказала, что мои мама и папа в курсе и ничего против не имеют. Разумеется, это было не так, и родные чуть с ума не сошли, пока меня искали. Ох и влетело мне тогда... по первое число!
Ну да ладно, это давно в прошлом, сейчас важнее поскорее вернуть Максима родителям.
— Во сколько папа должен был забрать тебя из школы? Во сколько закончились занятия?
— В час.
А сейчас почти семь. Охохонюшки... Наверняка отец уже места себе не находит! Хотя... можно ведь и позвонить, что и предлагаю:
— Так давай наберем его номер?
— Телефон сел, — морщит нос Максим. — А номер наизусть не помню, он новый.
Конечно, отправить ребенка на трамвае одного я не могу, вдруг опять остановку прошляпит, а ехать всем вместе — тоже не дело, да и замерз мальчуган, я же вижу.
— Так, — в итоге решаю я, — хватит вести пустые разговоры. Максим, на улице холодно, у тебя вон и уши уже красные, да еще и голодный наверняка. Я предлагаю пойти к нам, мы живем через дом отсюда. Поставим твой телефон на зарядку и позвоним папе. Он обязательно за тобой приедет.
Максим поджимает губы и недоверчиво хмурится.
Решаю достать козырь из рукава:
— А еще я обещаю поговорить с ним, чтобы он тебя не ругал. Ну как, по рукам?
Новый знакомый медлит еще какое-то время, но в конце концов медленно кивает, и мы идем к нам домой.
Глава 16
Когда Максим выходит из ванной, я подмечаю, что его руки покраснели — должно быть, он совсем замерз на улице, но стоически молчал.
Решаю сразу поставить чай с медом, а пока разогреваю суп и прошу Веру помочь гостю включить его телефон на подзарядку и занять его, пока я накрываю на стол. Нескольких минут в розетке мобильному наверняка хватит, и можно будет звонить его отцу.
Мне становится так жаль этого незнакомого мужчину, что аж сердце сжимается, — если бы на шесть часов пропала моя дочь, я бы с ума сошла!
А ведь пообещала Максиму, что отец не станет его ругать. Ну-ну... Даже не знаю, что бы сделала сама с Верой. Это сразу минус планшет, минус компьютер, телевизора и так нет... Еще минус друзья на неделю, нет, месяц!.. Так, мать, остановись, твой ребенок дома.
Однако все же возьму-ка я телефон Макса, чтобы потом позвонить и уточнить, как он. На всякий случай. Вдруг его отец еще более кровожадный, чем я.
Выхожу из кухни в зал и замечаю чудную картину: чудо-детки уже врубили «Майнкрафт» на компе и самозабвенно пялятся в монитор. Кажется, эти двое сразу нашли общий язык — даром что Макс немного старше Веры.