— Антон? — заговорщическим тоном интересуюсь я. Вдруг не он.
Однако тот кивает.
— Вы на час раньше... — киваю я на фитнес-браслет на левом запястье.
— Не может быть, — басит мужчина, — я был уверен, мы договаривались на пять.
— Нет, на шесть, — поджимаю губы я и тут замечаю, что плечи Деда Мороза припорошены снегом.
— Там что, снег? — изумляюсь я.
— Он самый.
Ух ты, в кои-то веки тридцать первого декабря идет снег!
— Так я это, могу пройти? — мнется Дед Мороз. — Раз пришел.
— Проходите, — пропускаю его я. — Только вам придется подождать минут пять-десять, хорошо?
— Конечно-конечно. Подарок уже у меня, если что, — шепчет он и поднимает красный мешок.
Мы договорились, что я оставлю подарок у соседки, и он заберет его у нее перед тем, как заходить к нам.
— Хорошо. Жалко, что вы так рано, муж только едет с работы, — произношу я заготовленную речь. — Может, только под конец и успеет.
Дед Мороз входит внутрь, и я провожаю его в зал. Обвожу взглядом скромную обстановку и потрепанный ремонт, и мне становится немного неудобно.
Ну, что есть то есть. Не всем жить в царских хоромах. Зато мы с Верой есть друг у друга, а остальное — заработаю со временем.
Я ухожу в спальню — доделывать финальные штрихи в прическе дочери.
— Верочка, Дедушка Мороз уже пришел.
Дочь подскакивает на стульчике, и мне приходится ее осадить:
— Не дергайся, пожалуйста, иначе все труды насмарку.
Через несколько минут с прической покончено, и я достаю из шкафа ее новогодний наряд — роскошное розовое платье с пышной юбкой.
Я помогаю ей одеть его и задаю вопрос:
— А ты стишок для Дедушки Мороза повторила?
— Забыла... — шепчет дочь и округляет глаза.
— Тогда повторяй сейчас, а я пока пойду Деда Мороза отвлеку. У тебя три минуточки, хорошо?
— Здравствуй, дедушка Мороз! Ты, случайно, не замерз? Угощайся, выпей чаю!.. — бормочет себе под нос Вера, и я выхожу из спальни.
Надеюсь, наш аниматор не будет сильно зверствовать. Вообще, я точно помню, что два раза повторяла время. Впрочем, может, и правда сама перепутала, в последние дни голова набекрень.
Я вплываю в зал и цепенею на месте.
Дед Мороз меня не видит, он снял одну из варежек и рассматривает на свету камень в моем кольце. Кольце, которое лежало на моем стареньком трюмо.
Я специально его достала, чтобы надеть на празднование Нового года.
Это украшение досталось мне в наследство от бабушки, ему уже много десятков лет, и оно стоит больших денег, по оценке ювелиров. Однако как бы тяжело мне ни было, я никогда его не продам, оно дорого мне как память.
«В городе орудует банда Дедов Морозов... воруют то, что плохо лежит... будь осторожна...» — разом всплывают в голове предостережения Галины.
И заготовленная речь про мужа не помогла. Я вооружаюсь стоящей на полке тяжеленной вазой. Жутко хочется заорать что есть мочи, но боюсь напугать дочь.
— Положите на место, — ледяным тоном цежу я и указываю на трюмо. — Кольцо лежало вон там.
Дед Мороз вздрагивает и как-то воровато на меня смотрит.
— Надежда, я...
— Что? Решили поживиться?
Мужчина продолжает стоять, сжимая в руке кольцо.
— Да положите вы его уже!
Он делает шаг к трюмо и кладет кольцо.
— Вы все не так поняли...
— Вы серьезно? Посторонний человек стоит в моей квартире, берет не принадлежащую ему вещь и рассматривает ее на свету! Что тут можно не так понять? Убирайтесь отсюда подобру-поздорову, иначе я вызову полицию! — шиплю я и показательно трясу вазой.
— Да успокойтесь вы. Надежда, я ювелир.
— Только что сочинили сказочку? Пошел вон отсюда, — перехожу я на «ты», — я не шучу.
Я несусь на него с поднятой вазой, и Дед Мороз пулей мчится в коридор, открывает дверь и выскакивает в подъезд.
А я захлопываю за ним дверь и тут подмечаю: он оставил у меня свой посох и мешок с подарком.