Однако в мае, когда все списки уже были утверждены, Вике позвонил Юрка и торжествующе сообщил, что смог организовать себе отпуск сорок пять суток с начала августа до середины сентября.
Логинова в лихорадке побежала к декану просить оставить её в Москве. Она всплакнула и честно поведала о приезде жениха-военного. Вероятно, у декана было хорошее настроение, или ему понравилась искренность симпатичной студентки, и он дал добро. В результате, в Киев отправили троечницу Таньку Чернову, ту самую, с которой Виктория дружила на первом курсе. Девчонки сначала сильно обиделись на подругу. Но после практики отошли. Им очень понравился и город, и практика, и даже Чернова. Вне учёбы и своих дурацких подруг она оказалась довольно эрудированной по части архитектуры и истории. Татьяна устраивала им такие интересные экскурсии по Киеву, что ни Оксана, ни Катя, ни Надя не могли понять, ради чего она со своими познаниями в архитектуре еле-еле тащится на тройки в техническом ВУЗе.
Те полтора месяца Юркиного отпуска Вика считала самыми счастливыми в своей жизни. Они были вдвоём во всём мире. Иногда Виктории, конечно, приходилось посещать хлебозавод на Звёздном бульваре. Но практика пролетала мимо неё, не задевая. Логинова то прогуливала, то опаздывала, то раньше уходила. Руководитель практики сердился, обещал написать плохую характеристику. Нарушительница дисциплины, глядя на него сияющими глазами, искренне обещала исправиться, но ничего не могла с собой поделать. Её жизнью был Коркунов. Родители с братом Владиком по выходным уезжали на дачу, так что Вика с Юркой были полными хозяевами.
Мама с папой замечали, что творится с Викой, даже пару раз видели Коркунова. Симпатичный воспитанный молодой человек сначала им очень понравился. Но узнав, что Юрка военный и приехал в отпуск из далёкой Читы, мама резко поменяла к нему своё отношение. Ей совершенно не нраву пришлось ни временное увлечение дочери отпускником, ни постоянное, связанное с отъездом Вики в другой город.
Но остановить дочь им было не под силу. Когда Коркунов уехал, мама успокаивала себя только тем, что он не оставил дочери «подарочек» в виде ребёнка. Сама Вика на этот счёт совершенно не переживала. Они с Маришкой, наоборот, считали, что досрочная защита диплома с огромным животом – самый шик. Комиссия точно не будет пытать.
В очередной декабрьский приезд в Москву, Вика тогда училась на последнем пятом курсе, Юрка пригласил её домой к своему родному отцу Геннадию Петровичу на день рождения.
Родители Юрки развелись, когда ему не было и года, но отец его всегда был рядом. И Юрка с самого детства знал, что у него, в отличии от других, два папы. У Геннадия Петровича во втором браке были еще двое пацанов.
Во все каникулы Юрка обязательно на несколько дней ездил к отцу и пропадал там намертво. Он говорил, что у отца в квартире нет телефона, поэтому никогда оттуда не звонил и не предупреждал подругу, когда вернётся.
Вика удивлялась, как это у офицера в квартире не было телефона, но принимала как есть. Виктория ненавидела враньё. Когда что-то очень не хотелось говорить, она предпочитала применять тактику замалчивания. Поэтому девушка редко сомневалась в словах других людей, тем более в словах любимого человека.
Придя в гости, Вика обнаружила, что вторая жена Юркиного отца Галя оказалась отменной веселушкой и приколисткой. До этого дня Вика встречалась только с высокомерной Юркиной мамой. А про Галю девушка даже подумала, что это здорово иметь такую свекровь.
Гвоздем программы было приготовленное Галиной гастрономическое чудо – фаршированный сазан. Викина мама слыла хорошей хозяйкой и очень вкусно готовила и холодцы, и заливное, и рыбу под маринадом, и пироги, и пельмени, но до таких шедевров она никогда не доходила.
За столом было оживлённо и весело. Помимо семьи отца, сидели Юркины друзья из дома, где жил Геннадий Петрович. Это были трое молодых людей и две девушки. Именинник сразу объяснил, что воспользовался своим днём рождения, чтобы собрать за столом всех близких для его сына людей. Виктория этих ребят и девушек видела впервые, а потому с интересом слушала их рассказы, весёлые истории и анекдоты, даже если они были «с бородой».
Логинова, обращаясь к ребятам, постоянно путала их имена. А имена девушек даже и не пыталась запомнить. Красотки приблизительно Викиного возраста явно были приглашены в качестве приложений к двоим из трех парней и совершенно не претендовали на Коркунова. Поэтому Виктория ими совершенно не заинтересовалась.