***
– Вик, на сотку. Купи себе шоколадку,– распорядился Алек, включая какую-то игру на телефоне. Ванюня решил, что без него он не справиться, а этим мальчишками только повод дай.
– Хорошо,– не стала спорить я и, взяв деньги, потащила и Сеньку в магазин. Чутка перекусим, погуляем, и домой – нормально поедим.
– Здравствуйте,– поздоровалась я, подходя к кассе.
– Здравствуйте,– кивнул молодой человек лет двадцати пяти.
Я положила плитку шоколада, пока парень внимательно разглядывал меня, а его разглядывал мой брат. От такой цепочки резко стало не по себе, и я быстренько заплатив, коротко бросила: "Спасибо, до свидания", и взяв чертову шоколадку, посмотрела на продавца. И все...
Стало резко плохо и холодно, потому что... Эта улыбка! Улыбка, как и у Виктора Петровича. Я бы не сказала, что она была какая-то пошлая, скорее тупо сумасшедшая. Серьёзно. Сумасшедшая улыбка, со страшным оскалом.
Через силу выдавила улыбку в ответ, и буквально пулей выбежала на свежий воздух.
– Да, сестренка, сегодня на тебя странно проглядывают мужчины, – хмуро и зло сказал Сенька.
– В смысле?!– поднял глаза Алек.
– Да вон тот продавец чуть не прожег её взглядом,– наябедничал мой добрый братец.
– Весеннее обострение в действие,– хохотнул Ванюня, наклоняясь вместе с телефоном в руках.
– Да при чем тут обострение?– хмуро спросила я. – У них просто крыша хором поехала. Весна со своим обострением тут точно не при чем. У меня даже промелькнула мысль, что Виктор Петрович и этот продавец одинаково улыбаясь, хотят меня придушить... Бр-р-р! Вот это оскал...
– А продавцу ты-то чем успела насолить? Ладно Виктор Петрович – целым днями с тобой одну и ту же песнь заводит, а этот-то чего?– спросил Ваня.
– А ему не одна Вика похоже так "насолила", – тихо подал голос Алек.
– М?– переспросил Ванюня.
– Он до сих пор на нас всех смотрит.
Я закусила губу, и достала из сумки небольшое зеркальце и достала гигиеническую помаду, повернулась к ним лицом, и задом к витрине магазина, где прекрасно было видно этого парня. Посмотрела.
– Слушайте,– спросила, закрашивая потрескавшиеся от холода губы. – Может, он того?.. Ненормальной ориентации?
– Вика!!!– даже Ванюня от игры оторвался.
– Бесстыжая,– покачал он головой, пряча гаджет в карман.
Это я-то бесстыжая?!
А вот Алек не издевался. Он серьезно огляделся, сжал челюсть и напряжённо выдавил:
– Ладно. Пошлите от сюда. Вика права – он ненормальный.