А потом Клинтик заманила Бойса в засаду. Согласно списку ее свидетелей, увеличенные фотоснимки клейма Пола Ривира на голове у президента должен был представить суду ведущий гражданский судебный дерматолог. Однако, увидев, как очаровал присяжных капитан Грейсон, этот флотский двойник Маркуса Уэлби, доктора медицины, героя известного сериала, она решила сплутовать и попросила разрешения предъявить фотографии, чтобы Грейсон смог их прокомментировать.
Во время последовавшего совещания у барьера Бойс заявил, что капитан Грейсон, при всех его неоспоримых достоинствах, недостаточно компетентен, чтобы истолковывать эпидермические отметины, которые, как он выразился, «являются более загадочными по своему происхождению, чем узоры, якобы оставленные в Андах древними летающими тарелками».
Разъяренный Бойс и успокоившаяся заместительница ГП вернулись на свои места. Секретарь поставил фотографии размером три на два фута на специальную подставку. Они впервые демонстрировались публично.
По залу разнесся сдавленный вздох. Бойс поморщился. Нет ничего хуже для клиента, чем услышать, как у всего зала суда захватило дух при виде наглядного доказательства его мнимого злодеяния.
Фотография представляла собой увеличенное изображение прямоугольного участка президентского лба площадью пять сантиметров на два.
Буквы отпечатались так отчетливо, что их вполне можно было бы использовать в качестве оптометрической таблицы. Корреспондент журнала «Нью-Йоркер» заметил: «Их смог бы разобрать и Стиви Уондер».
Когда Бойс увидел эти фотографии впервые, он так растерялся, что вознамерился было дать объяснение, достойное фильма «Изгоняющий дьявола»: мол, в заговоре против Бет участвовал сам Сатана, который из злорадства поставил на лоб президента клеймо Пола Ривира.
Он глубоко вздохнул. Бывают дни, когда ты зарабатываешь свою тысячу долларов в час честным трудом.
Журналисты переглянулись, самодовольно улыбаясь. Посмотрим, как Наглец Бейлор выйдет из этого положения!
ЗГП Клинтик, всячески стараясь скрыть свое ликование, принялась мягко, ненавязчиво задавать капитану Грейсону наводящие вопросы, касающиеся этого чертовски убедительного изобличающего доказательства. Она усердно готовилась к этому допросу. Встречается ли на коже у людей подобное рельефное тиснение естественного происхождения? Только не такое, ответил капитан Грейсон. Быть может, капитан, имеющий огромный опыт работы в медицинских учреждениях, когда-нибудь видел или слышал, чтобы на коже человека естественным образом отпечатывались пять заглавных букв? Нет, так сразу он не может припомнить ни одного подобного случая. А какова вероятность того, что на коже у человека естественным образом появятся, к примеру, пять перевернутых букв, составляющих фамилию серебряных дел мастера, жившего во времена Войны за независимость?
Возражение. Свидетеля просят строить в высшей степени нелепые статистические гипотезы.
Совещание у барьера.
Отклоняется.
Свидетель может отвечать на вопрос.
— Приблизительно один шанс из пятидесяти семи миллиардов.
Приглушенный шум в зале.
Возражение.
Утро выдалось томительно долгим.
Покончив с допросом капитана Грейсона, Сэнди Клинтик одарила Бойса торжествующей, самодовольной улыбкой.
Бойс встал, подошел к месту для дачи свидетельских показаний и по-свойски положил руку на поручень, словно собираясь поболтать со старым приятелем.
— Ваша честь, — сказал Бойс таким небрежным тоном, точно хотел сообщить судье, что звонила его жена и просила передать, чтобы по дороге домой он забрал вещи из химчистки, — защита оговаривает в качестве особого условия, что этот след оставлен плевательницей.
Сэнди Клинтик обмерла. Совместно с десятками юристов из Министерства юстиции она изучила все дела, которые когда-либо вел Бойс Бейлор. За более чем двадцать лет активной адвокатской практики он оговаривал что-то в качестве особого условия ровно два раза. Даже судья Голландец, обычно бесстрастный, как голландский бюргер семнадцатого века на одной из картин из его коллекции, и тот удивленно поднял брови.
— Только глупец или негодяй, — продолжал Бойс, — стал бы отнимать у присяжных драгоценное время, пытаясь доказать, что буквы, возникшие на лбу у президента Макманна, имеют естественное — или сверхъестественное — происхождение. — Он произносил речь, но при этом рассуждал так разумно и складно, что мог не опасаться возражений со стороны заместительницы ГП. — Дело в том, каким образом они там оказались.