— Адвокат!
Глава 24
— Ну что ж, — сказал Бойс, как только они вернулись в гостиницу и скрылись от посторонних глаз, — твоя кампания по восстановлению собственного доброго имени проходит успешно.
— Не заводись.
— По-моему, мне превосходно удается не заводиться. Тебе еще повезло, что у меня нет под рукой плевательницы.
— В своих показаниях Деймон начисто стер всю суть того разговора.
— Нет, дорогая. Это он нас стер. В порошок.
— Ты с лихвой вернул утраченное преимущество. По-моему, ты блестяще провел перекрестный допрос, то и дело намекая, что Деймон — религиозный фанатик и военный преступник.
— Сегодня мы ничего не «вернули». Всё это было сказано только ради присяжного номер три.
— А кто он?
— Она. Пора бы тебе знать этих людей лучше, чем собственных родственников. Лесбиянка, которая ненавидела своего отца, баптиста и военного.
— Ах, эта.
— Если все остальные присяжные влюбились в Деймона, она — наша единственная надежда. Боже мой, какая катастрофа!
— Деймон кое-что присочинил. Он не врал, но всё это звучало еще хуже, чем на самом деле.
— Ты обзывала Кена «разъебаем»?
— Да. Причем за дело.
— Когда будешь снова давать показания, можешь сообщить присяжным, что это просто ласкательное прозвище. Мой маленький разъебайчик. Ты хоть понимаешь, что если бы не твои показания, Блоуэлл не выступил бы в качестве свидетеля? Его адвокат мне так и сказал. Именно твои показания вывели его из себя и заставили выступить со всеми этими разоблачениями.
Бойс снял галстук и зашвырнул его в другой конец комнаты, словно отделавшись от змеи, которая обвилась вокруг горла и мешала дышать.
— Откуда берутся все эти герои войны? В этом деле камня не бросишь, не попав в героя. Неужели твой муж никогда не общался с нормальными людьми?
— По-моему, у Деймона проблема: он борется с возросшим влиянием женщин.
— Пускай напишет книгу, а потом обсуждает эту проблему с Опрой по телевидению. А пока что проблема у нас: мы боремся с ним.
Бойс поднял трубку телефона и набрал номер.
— Джордж? Бойс. Ну что, нарыл на него компромат?.. Никаких сведений о преступлениях во Вьетнаме?.. Ты уверен? Готов спорить на любую сумму, что где-то в досье этого парня есть данные о какой-нибудь сожженной деревушке наподобие Май Лай. Ты говорил со всеми ребятами из его взвода?.. Ну ладно, выясни, чем он занимался в этом треклятом Перу, Джордж, и не останавливайся перед расходами… Тогда найми вертолет, черт возьми. А как насчет его друзей из «Анонимных алкоголиков»? Знаю, знаю, эти анонимные алкаши друг за друга горой, и все же мы имеем дело не с самураями, Джордж. Это выздоравливающие алкоголики. Отведи их в сторонку, сунь им под нос бутылку виски за сотню долларов, и, уверяю тебя, не пройдет и десяти минут, как они затянут песню о пьяном морячке и расскажут всё, что ты хочешь узнать.
Бойс повесил трубку.
— В чем дело? — спросил он у Бет, которая в ужасе смотрела на него.
— Напомни мне, — сказала она, — я была на занятиях в тот день, когда нас учили подкупать выздоравливающих алкоголиков?
— Антигражданское судопроизводство, курс сто первый. Мой любимый.
Внезапно Бет побледнела.
— Что с тобой?
Она бросилась в ванную. Десять минут спустя, когда она вышла, вид у нее был неважный.
— Я не хотел тебя расстраивать, — сказал он.
— Я с семидесятых годов в сплошном расстройстве.
— Молодец, Джордж, ты делаешь успехи. — Бойс повесил трубку.
— Потрясающая новость, — сказал он Бет.
Они завтракали. Бойс, как обычно, с аппетитом уплетал горячую овсянку с проросшей пшеницей и ягодной смесью. Бет нехотя, маленькими кусочками ела оладью, почти не притрагиваясь к чаю. Она по-прежнему была очень бледна.
— Угадай, кто в семидесятых годах зверски избил участника антивоенной демонстрации за то, что тот нахамил ему, обозвав детоубийцей? Наш головорез сержант Блоуэлл!
— Я поступила бы точно так же.
— Было нелегко раскопать эти сведения. Могла бы, между прочим, хоть немного обрадоваться. Очевидно, он был в сильном подпитии, когда отметелил того парня. Потому и рассказал об этом на собрании «АА». Полезная информация. Возможно, она нам пригодится.
— Ах, Бойс, ты же не влил спиртное в глотку какому-нибудь несчастному алкоголику, чтобы ее получить? По-моему, спаивать выздоравливающих пьяниц нехорошо.
— Только не надо читать мне мораль, чемпионка по метанию плевательниц.
Бет залилась слезами.
— Прости, — сказала она. — Похоже, я просто перестала владеть собой.