– С постоянным проживанием – нет, не могу, – вздохнула девушка, очевидно, расстраиваясь из-за уплывающих барышей.
– Я заплачу, хорошо заплачу, – хрипло озвучил свой козырь я.
– Не в деньгах дело, – поторопилась оправдаться Кудряшка.
– Вам что, не нужен заработок?
Как же в этот момент она меня разозлила, дура несчастная, зачем тратить мое время? Я посмотрел так сердито, что девчонка смутилась.
– Вы меня неправильно поняли, Олег Николаевич, – взволнованно продолжила она, – у меня сейчас несколько подопечных, которых я не могу бросить.
– Если у вас есть работа, тогда зачем вы здесь?
Эффектно выгнуть бровь у меня не вышло. Жалкая гримаса, которую я состроил, не произвела на Кудряшку должного впечатления, поэтому она бодро продолжила грузить меня ненужными сведениями.
– Это скорее подработка, три раза в неделю я делаю…
Я оборвал ее на полуслове, добавив в сиплый голос металла:
– Мне неинтересно, кому вы делаете массаж и все остальное, просто скажите, что вы согласны, и заключим договор, сколько вы хотите?
– Если я скажу два миллиона, заплатите?
Ого, чудачке знакома ирония? Неожиданно и неприятно. Такие девицы должны быть добрыми и пугливыми как суслики.
– Суслики?
Брови Алены взметнулись от удивления.
Я что, начал думать вслух? Впрочем, у меня сотрясение мозга, мне позволительно.
– Да что вы заладили, какие суслики, Алена Евгеньевна, не морочьте мне голову. Вот столько вы будете получать за круглосуточный уход.
Небрежно написал на листике цифры и протянул ей. И с удовольствием понаблюдал за внутренней борьбой, отразившейся на белом лице. Интересно, это и есть интеллигентная питерская бледность или дело в вампирском освещении моей квартиры?
– Это крайне щедрое предложение, и я с большой радостью согласилась бы, но я не могу отказать тем, с кем давно работаю, понимаете? Даже если поменять расписание, два-три раза в неделю мне пришлось бы отлучаться, и к тому же мне нужно часто бывать дома. Боюсь, вас это не устроит. Могу порекомендовать…
Ненавижу, когда все решают за меня, а еще когда бездумно отказываются от хороших денег. Вот теперь из вредности сделаю наоборот.
– Вы приняты, приступаете прямо сейчас. Первое задание – накормить меня ужином через пятнадцать минут. Выполняйте.
Я царственно махнул правой загипсованной рукой в направлении кухни.
– Но, Олег Николаевич, нам нужно обсудить, какие услуги…
– Ваша задача спросить, что я предпочитаю на ужин. И время пошло, не намерен ждать ни секунды больше.
Она резко развернулась так, словно направилась на выход. Нет, все-таки на кухню. Значит, послушная, но не помешает проверить ее на стрессоустойчивость, прежде чем выложить кругленькую сумму, которую я пообещал.
Сиделка заглянула в комнату, чтобы справиться насчет меню. Предложенным пасте или яичнице я бы предпочел стейк с кровью, но вслух сказал совсем другое:
– Без разницы, главное быстро. Ванная комната в конце коридора налево. Свежие полотенца… не знаю где, поищите сами.
Включил секундомер на смартфоне и тупо пялился, как цифры сменяют друг друга, пока голова снова не закружилась.
Ноздри уловили слабые, но аппетитные запахи, доносящиеся из кухни. Периодически шумела вода, стучали какие-то шкафчики, и вся эта возня подействовала на меня умиротворяюще. Кажется, бытовые проблемы отступают. Интересно, а что вообще входит в услуги сиделки? Сделав над собой усилие, я нашел в интернете образец договора и погрузился в чтение.
С противно мерцающего экрана на меня прыгали буквы, от которых зарябило в глазах, приходилось перечитывать по второму разу.
Кормление, купание, приготовление пищи, покупка продуктов, уборка, и это далеко не полный перечень того, что обязан делать нанятый мной специалист. Жаль только, при круглосуточном проживании предлагается установить двенадцатичасовой режим работы и отдыха. Так, бирюльки, а не нагрузка. Я могу и по четырнадцать часов работать. Мог. Мысли о проекте и китайцах испортили мне настроение, снова накатила тошнота, от которой я еле отдышался. В общем, я встретил Алену Евгеньевну очень кислой миной. Зато без блевотины на постели. И это успех.