Специализированное такси доставило нас прямиком в подземный гараж, к служебным лифтам. От коляски я отказался, представив вытянутые физиономии коллег, поэтому вцепился в Кудряшку, как в спасательный круг. Со стороны это выглядело компанейским объятием.
Я задел ее волосы, так что девушка невольно поморщилась, но не отстранилась. Пока мы поднимались, я с интересом изучал наши бесконечные отражения в зеркальной поверхности лифта. Что сказать, даже с гипсом красавчик. И костюм к лицу, сидит как влитой, чего не скажешь об Алениных тряпках. Все-таки стоило ее переодеть.
Странно, что ее саму это ничуть не трогает. Роскошь интерьера тоже не произвела должного впечатления на мою помощницу. Может, ей не приходилось бывать в таких пафосных местах, вот она и робеет? Впрочем, выражение отстраненной вежливости в ее глазах больше подошло бы жене генерального, а не бедной сиделке. Ни тени уважения или восхищения к миру, в котором я вращаюсь. Начало обескураживающее. Сотрудники тем временем здоровались, оглядывая нас с жадным любопытством.
Я оставил Алену в приемной вместе со своим секретарем, а сам вызвал на разговор подчиненных, которым доверял больше остальных. День прошел как по маслу. Я вспомнил о сиделке ближе к вечеру, когда у меня начала кружиться голова.
Интересно, она так и сидит в приемной? Обед мне принесла секретарь, и я упустил из виду, что меня еще кто-то ждет. Надеюсь, Алена-Прости-Я-Забыл-О-Твоем-Существовании-Евгеньевна догадалась хоть кофе выпить?
Пять пропущенных, и все от нее. И еще сообщение. Моя персональная помощница, видите ли, отправилась делать массаж ребенку. Почему это Чучело не поставило меня в известность, прежде чем уйти в неизвестном направлении? Я хотел было набрать Алену и высказать все, что о ней думаю, но не успел.
Ко мне пожаловал Саша.
– Я думал, здесь офис, а тут филиал Склифа открылся, – «остроумно» пошутил он, – привет, Олег. А с каких пор тебе положены две секретарши? Кудрявую можешь уступить мне. Знаешь, а лучше сразу обеих и этот кабинет. Ты же не всерьез надеешься удержать свою жопку в теплом кресле?
Он вел себя более чем развязно. Постоял у стола, а затем устроился в угловом кресле за моей спиной, вынуждая развернуться к нему лицом.
– Алена работает на меня, так что обойдешься, – парировал я, мысленно выдыхая: нашлась моя пропажа.
Вломить ему, что ли, гипсом, а то что-то слишком смелый сегодня.
– Думаешь, почему я с тобой так откровенен?
О, даже не пришлось утруждать себя и спрашивать. Парня явно тянет поговорить. Ну пусть, а я послушаю, сопоставлю с тем, что узнал.
Саша усмехнулся и продолжил:
– Все просто. Твои наработки с китайцами, между нами говоря, очень пригодились. А вот убедить босса, что я все сделал с нуля, оказалось проще простого. Ты ему тоже не нравишься, выскочка. Плюс вскоре всплывет пара твоих косяков, ну, точнее, они станут твоими, сам понимаешь, Кузнецову надо кем-то прикрыться. И у него есть идеальный кандидат на роль козла отпущения. Больше скажу, я уже видел приказ о твоем увольнении, он пока не подписан, но ведь ты скоро закроешь больничный, правда? Так что пакуй чемоданы и вали обратно в Москву. Попутного ветра, Сосницкий.
– Как-то ты преждевременно радуешься, не спешил бы ты, Сашок.
– Иди-ка ты домой, Олежка, вместе со своей костяной ногой, – прошипел соперник и глупо хихикнул – надо же, в рифму сказал.
– Оставь в покое лавры Пушкина, из общего у вас только имя.
Нашу милую беседу прервала Алена, заглянувшая в кабинет. Она как обычно «вовремя».
– Олег Николаевич, когда вы планируете поехать домой? И так процедуры пропустили сегодня.
– Позже, Алена, жди, я тебя позову, – отрывисто ответил я, поднимаясь из-за стола и грузно опираясь на костыли.
– А, так это, выходит, твоя медсестра? – проводил девушку задумчивым взглядом Саша. – Она тебя в кроватке хорошо ублажает, да? – Он приблизился и, понизив голос, сообщил: – Знаешь, такие славные с виду девочки с нежными губами отсосут круче опытной шлюхи. Или она такому лоху, как ты, не дает, а, Олежек?