– Знаешь, Олег, я не догоняю, почему ты так паришься из-за своих траблов в компании, толку, что ты собираешь сплетни, сидя дома. Скоро все узнаешь сам. Лучше скажи, ты серьезно собираешься сделать предложение Алене или прикрываешься ею как щитом от опеки родителей?
– Как ни странно, но с момента нашей встречи мама больше ни разу не затрагивала тему моей личной жизни, надеюсь, что она смирилась и все поняла. А что касается Алены, к ней я определенно чувствую нечто особенное, но не хочу спешить, понимаешь? Да и она не настаивает, скорее наоборот.
– Мало того, что чувствуешь ты, главное, чтобы и Алена была в тебе уверена. Может, она сомневается, потому что ты к ней несерьезно относишься? Это сейчас ты весь такой томный и ранимый, но скоро вернется «волк с Уолл-стрит», впишется ли она тогда в твой стиль жизни, а?
О, кажется, кого-то тянет поговорить о социальном неравенстве? Может, стоит познакомить его с моей матерью?
– Я знаю одно, мы влюблены и обойдемся без непрошенных советов. Лучше в своей жизни разберись, Вадим.
Это был не самый честный прием, но друг больше меня не поучал. А потом мне стало некогда распутывать этот клубок противоречий. Здравствуй, офис, я вернулся.
глава 21
Обстановка изменилась, я понял это, едва зайдя в здание. После травмы у меня осталась даже не хромота, а некая зыбучесть движений, неприятная медлительность. Со стороны могло показаться, что я боюсь переступить порог.
Внутри все дрожало от напряжения, но я старался идти как можно более твердо и солидно и не отставать от других.
Вдруг из потока людей, спешащих в компанию в это пятничное утро, я выцепил лицо, которое мог бы нарисовать с закрытыми глазами: лоб мыслителя, жестко иссеченный мимическими морщинами, низкие скулы, мощные челюсти и раздвоенный подбородок. Агрессивные черты сглаживало отсутствие бровей и сдержанная доброжелательность в сощуренных серых глазах.
В детстве мать таскала меня в художественную школу, но единственное, чему я там научился, это разглядывать и запоминать, чтобы потом перенести на бумагу. Жаль, но стоило мне взять в руки карандаш или кисть, вся сосредоточенная подготовительная работа мозга перечеркивалась каракулями непослушных пальцев.
Хищник, давно облагороженный костюмом, но все еще безошибочно определяющий запах крови в пространстве, приближался ко мне с отеческой улыбкой. И сегодня я был особенно рад своему бывшему боссу, хотя и не ожидал встретить Томилина здесь. Валерий Петрович тепло поприветствовал меня, впрочем, как и всегда. Я не успел узнать, зачем он приехал в Питер, но мужчина намекнул, что вскоре все расскажет.
Тем временем мой непосредственный начальник рвал и метал у себя в кабинете. За это время я успел разжиться кое-какой информацией: вскрылись серьезные нарушения в закупочной деятельности, и их нельзя объяснить обычной технической ошибкой. Злой умысел, так сказать, налицо. И лицом этим, похоже, является наш хамоватый Сергей Михайлович. Служба внутренней безопасности еще не выдвинула никаких обвинений против Кузнецова, и от этого обстановка только накалялась. А при неблагоприятном раскладе виновным грозила уголовная ответственность.
Через меня тоже проходило многое из закупочной документации, собственно, именно я отвечал за взаимодействие с городскими властями. Но в целом это стандартная процедура, я лишь сверял данные в своей части и на ранних этапах. Все правки, которые вносились после, я не визировал, во многом благодаря больничному. Зато сохранял исходники, потому что Томилин неплохо обучил меня «стелить солому» во избежание таких случаев.
Конечно, Кузнецов напоследок может устроить то, о чем намекал Саша, но теперь ему вряд ли кто-нибудь поверит. Я легко докажу, что предоставлял верные данные.
В общей суматохе никому из руководства не было до меня дела. Да и подчиненные заняли не так много времени, как я думал. Присутствие Томилина меня здорово расслабило, хорошо иметь за спиной такого человека. Неудивительно, что в голову вернулись мысли об Алене. Жаль, что у нас не получилось этого романтичного периода, который так нужен девушкам. Ресторан – банально. Музей – смешно. Может, пригласить ее на концерт? Но я понятия не имею, что ей нравится. А что, если устроить свидание на крыше? Однажды она сама подала мне эту идею. Майская погода переменчива, но думаю, свой кусок высоты и красоты мы не упустим.