Понятно, что меня первым делом погнали на медкомиссию, несмотря на все предоставленные справки. А затем стали усиленно гонять по стадиону, тренажерам и полосе препятствий. К удивлению инструкторов (да и своему тоже!) в нормативы я уложился, а доктора не сумели найти ограничений по здоровью (если не считать возраста). Подозреваю, в дело вмешались какие-то силы, играющие на моей стороне, вроде «защитников прав людей с физическими ограничениями». Понятно, что на первые места и рекордные показатели я не претендовал, но требуемые нормы выполнял запросто, чем не могли похвастаться даже многие из более молодых конкурентов. Так что в следующий круг отбора меня вынужденно включили. И заявили, что дальше нам придётся самостоятельно выбираться в Европу — кажется, дальше наш путь лежал в Польшу. Слава Аллаху, теперь не нужно было, как в годы моей молодости, получать визу и разрешение на въезд в каждую страну — Единый Паспорт действовал практически по всему Миру (кроме нескольких Африканских и Арабских территорий).
Посоветовавшись с Айей, я загрузился в свою микролитражку и двинул к месту сбора своим ходом. Ведь ничего меня на месте не держало: моё присутствие на фирме было совершенно не обязательно. Айя даже пообещала оформить мне эту поездку как «командировку» и даже поддержать финансово (хотя я так и не понял, для чего ей это).
Когда я прибыл к месту сбора, меня первым делом отправили в больницу. Туда же как раз пришли результаты тестирования. Сказать, что все у меня оказалось идеально — это сильно погрешить против истины. Как говорится, «Не бывает абсолютно здоровых людей, бывают недообследованные». То есть найти какие-то отклонения от состояния «идеального здоровья» можно буквально у любого человека. Именно на эти отклонения и сделали упор члены комиссии, которые срочно собрались, чтобы обсудить мой персональный случай. Понятно, что диагноз, который они выдали, был однозначен: «не годен». По результатам, которые они представили, было вообще непонятно, как я до сих пор жив и хожу на собственных ногах. Мол, я нуждаюсь в экстренной госпитализации.
В общем, все было бы очень грустно и безнадёжно. Если бы на мою сторону внезапно не встала некая добровольная ассоциация, типа «Врачей Без Границ». Даже не знаю, кто ими руководил и их финансировал. Но у них внезапно нашлись не только грамотные врачи, но и умелые юристы. Которые затребовали пересмотра результатов, и, используя те же данные исследований, полностью опровергли выводы предыдущего консилиума. Доказав некомпетентность и предвзятость комиссии. По их мнению, я оказался полностью годен к работе, и соответствовал всем требованиям, предъявляемым к кандидату в команду космонавтов.
Разумеется, продолжалась эта «битва бульдогов под ковром» не один день, а я в это время проходил усиленную подготовку в группе соискателей: мне не только начитывали лекции по теории космических полетов и работы в невесомости, но и беспощадно гоняли по спортплощадкам и полосе препятствий (подозреваю, что в объёме подготовки штурмовых групп спецназа «Зелёных Беретов», или как там это сейчас в войсках НАТО называется).
Согласен, что легко не было. Но появился какой-то азарт: выполнить норматив, хоть и на пределе сил. И в результате мне это, хоть и на пределе, но удалось! А тут и вывод новой медкомиссия вышел. И, подозреваю, какие-то политические решения подоспели. И я нашёл свою фамилию в вывешенном на всеобщее обозрение списке перешедших на следующий этап подготовки. Причём каждый из успешно прошедших обучение был отправлен на новое место. Мне предстояло отправиться в Пакистан: честно говоря, абсолютно незнакомая страна. Я даже до последнего времени не был уверен, что в ней изучают Новый Всеобщий язык.
Но ко мне явился «консультант» от организации и заявил, что ничего сложного мне не грозит. Даже предложил помощь с транспортом: мол, если у меня есть личный транспорт, могу сдать машину представителям компании здесь, получить «сертификат», а потом выменять на этот сертификат автомобиль аналогичного класса на месте нового обучения. В общем, я так и сделал, и в результате был одним из немногих на новом месте, кто имел возможносьб передвигаться по окрестностям на собственном транспорте. Что очень помогло с акклиматизацией: ведь приходилось не только узучать спецкурсы, но и выживать в новом, во многом непривычном социальном окружении. Слава Аллаху, что языкового барьера как такового, не было: только акцент и кое-какие тонкости, обусловленные совершенно незнакомой культурой.