На этом собрание закончилось, и я в недоумении отправился на занятия. А в конце дня мы с Ингрид снова отправились к себе в бунгало.
А ночью у Ингрид случилось что-то вроде истерики. Она почему-то уверила себя, что я должен относиться к ней отрицательно. Мол, у меня на уровне подсознания должно быть к ней отрицательное отношение. И связано это с тем, что она… положительно относится к сексу. Который, на подсознательном уровне, с религиозной точки зрения, считается «нечистым». Тем более, что сексу она училась не на заочных интернет-курсах, а исключительно на практике. Так что я должен, по ее мнению, чувствовать её «запачканной»: то есть пользоваться я ей могу, но вот считать её равной себе — не буду никогда. И упирала она на то, что я воспитан в условиях православия (которое как-то странно трактуют на Западе, называя нас «ортодоксами» или даже «схизматиками»).
Пришлось приложить массу усилий, чтобы выветрить из её головы такие мысли. А потом ещё и утешать её всеми доступными способами. Похоже, это остатки религиозно-церковного воспитания, при котором такое естественное явление, как секс, считается чем-то «запретным».
Но, кажется, с этим вопросом разобрались, и переключились на сообщение местного полицейского, и чем это нам грозит. Пришли к выводу, что ничего особо необычного и опасного не произошло.
Но, наконец, закончился и этот, последний этап отбора. И в конце очередного учебного дня на доске объявлений (разумеется, и в общем чате чуть позже) был вывешен список успешно прошедших этот финальный этап. Без особой надежды я открыл страничку в ноутбуке… и неожиданно нашёл свой позывной (и фамилию) в списке успешно прошедших и зачисленных в основной состав экспедиции! Поискав ещё немного, нашёл там же и Ингрид Свенсон. Похоже, свою роль сыграло благодарственное письмо от полиции.
Здесь же было написано, что старт состоится через тридцать суток, но на космодроме нужно быть как минимум через две недели: обязательный карантин и медицинский контроль. А кто не явится, будет заменён на дублеров из числа «второй очереди». Ну, а две следующие недели можно потратить на свое усмотрение. Например, на визит домой и приведение в порядок дел. А еще не стоит забывать, что перед такой авантюрой имеет смысл ещё раз обновить завещание. Ведь подобные работы остаются в группе риска, так что благополучного исхода никто гарантировать не может. Ведь даже обычные, рядовые полёты в космос остаются сопряжены с риском, в том числе техногенным.
Глава 8
Глава 8
Итак, обнаружив себя и Ингрид в списке прошедших последний этап (чему был сильно удивлен), задумался, что делать дальше. Прикинул деньги и время, решил, что могу сесть на что-то быстроходное и смотаться домой. И лучше попытаться сделать это на самолете. Вот только одна проблема: прямых рейсов на нужное мне направление нет.
Пришлось выкручиваться и фантазировать. Вспомнил, что недалеко от нашей базы есть небольшой «полу-частный, полугосударственный» аэродром, откуда довольно регулярно взлетают небольшие реактивные самолёты. Но пилоты которых, кажется, не военные.
Поделился идеей с Ингрид. Как ни странно для меня это ни звучало, она поддержала идею проверить гипотезу. На въезде на территорию (которая охранялась, как среднего уровня военная база) меня остановил парень европейского облика в форме цвета "хаки' и поинтересовался документами, но без фанатизма. Что самое странное, закатанного в пластик пропуска на тренировочный полигон (который мне выдали при прибытии на тренировочную базу, и который я предъявлял при утренней поверке) оказалось достаточно.
Внутри огражденной территории был совершенно стандартный военный городок. И возле жилых корпусов я увидел человека в летном комбинезон, которые носят военные лётчики (типа противоперегрузочного костюма).
Он совершенно спокойно ответил на приветствие на английском. И заявил, что отправляется на аэродром. Ибо собирается слетать на выходные домой в Европу.
На вопрос, не собирается ли кто-то из его знакомых и пассажиров подвезти, подумал и ответил, что может и сам подбросить, разглядывая Ингрид.
Тут я с ним был согласен: такую красотку и сам бы при случае захотел подвезти. Тем более, если бы мне было по пути. Правда, уточнил, куда именно нам нужно. Хотя если смотреть отсюда, то «Европа» казалась неким «общим местом». Это вблизи Скандинавия и Албания кажутся расположенными далеко. А если смотреть из Юго-Восточной Азии, то они «где-то рядом».
Я решил на всякий случай уточнить: а куда, собственно, летит он сам? И с удивлением узнал, что в программу тренировки Американских астронавтов входит обязательный налёт определённого количества миль и часов за штурвалом реактивных самолётов. На что им выделяют топливо и ремонтные базы, на которых работают специально обученные люди. Так что пилоты, проходящие подготовку на таких вот «точках», вроде нашей, просто берут закрепленные за ними самолёты и могут «смотаться» на пару дней домой. Хоть в Европу, хоть во Флориду. Да ещё и записывают эти маршруты в график тренировочных полетов. На совершенно официальной основе. Более того, если даже они не собираются лететь домой, курсанты обязаны налетать определённое количество часов просто в специально выделенных зонах: над океаном или над пустынными районами, типа Мохаве или Сахары. За государственный счёт, разумеется.