Да, я тоже этого хочу.
Я была эмоционально подавлена и понимала это. В данный момент я была одинока, гормонально нестабильна и испытывала острую нужду. Я терпеть не могла в чем-то нуждаться.
Я с тоской взглянула на кофеварку «Миле», которая стоила больше, чем моя коллекция обуви и надулась от раздражения, озлобленно протирая гранитную столешницу. Никакого качественного кофе в течение следующих семи месяцев, и эта перспектива стала почти такой же отстойной, как и ужин в одиночестве. Я не готовила кофе без кофеина, поэтому полагала, что не стоило затрачивать усилия, мучая себя всего одной чашечкой в день.
Вместо этого я обрела свой внутренний Дзэн и стала налаживать близкие отношения с травяными чаями. Должна признать, что малиновый и мандариновый чай фирмы «Зингер» были приятным сюрпризом. Я заварила чашечку малинового чая «Зингер» и набрала номер Бенни.
— Привет, красавица моя.
— Я скучаю по тебе. Какие планы на вечер? – поинтересовалась я, надеясь, что мой голос не звучит чересчур жалобно.
— Риккардо здесь, и мы только что поужинали.
— Ооох, зачем же ты подошел к телефону? Ты явно другим занят. Извини, что помешала, я просто хотела передать тебе сердечный привет.
— Нет, нет, нет, милая. Не так быстро. Что с тобой? — Бен, без сомнения, обладал самой чуткой интуицией в мире. Он мог учуять малейшую недомолвку и свести с ума всевозможными предположениями. Я не раз видела его в действии, чтобы знать наверняка.
— Cо мной ничего, — солгала я. — Ты занят, у тебя компания. Позвони мне завтра, хорошо?
— Нет. Рикардо разговаривает по своему телефону, улаживая какие-то рабочие моменты. Рассказывай.
Я вздохнула в телефонную трубку. Зачем я снова позвонила Бену?
— Я жду, дорогуша. Что с тобой происходит?
— Бен, я в порядке. Все хорошо. Я переехала к Итану, но он завален работой, ведь Олимпиада не за горами. Я просто занимаюсь своими делами.
— Так значит ты сегодня одна? – Бен собирался выспросить у меня каждую деталь, одну за другой, поскольку временами я бываю немногословна.
— Да. Он сейчас очень занят, организуя прибытие клиентов.
— Что же ты мне раньше не позвонила? Я бы взял тебя с собой развлечься.
— Нет, у тебя планы с нереально красивым Риккардо, помнишь? В любом случае, в последние дни я не горю желанием выходить куда-нибудь и развлекаться.
— Ты плохо себя чувствуешь?
Черт.
— Нет, Бен, я в порядке, правда. Просто была дома одна, скучала по своему другу и хотела услышать твой голос, вот и все. Мы не разговаривали с тех пор, как ты делал фотки с обувью.
— О, Боже, они великолепны. Я пришлю тебе несколько пробных экземпляров по электронной почте.
— Не могу дождаться, когда увижу их. — Я-то не могла дождаться, а вот Итан точно мог. Он по-прежнему выражал свое недовольство тем, что я подрабатывала моделью, но я не собиралась уступать ему в этом вопросе. Особенно сейчас. Если я не могла работать в Ротвейле над картинами, то я, безусловно, собиралась уделить больше времени другой своей работе – в качестве модели. По крайней мере, сейчас, прежде чем мое тело разнесет. Я даже надеялась сделать несколько снимков на тему беременности. Несмотря на то, что меня посетила такая идея, я ни с кем не могла поделиться своими новостями. Бен пока ничего не знал, также как и Габи.
Они оба убьют меня за то, что ничего им не сказала.
— Итак, ты переехала к Блэкстоуну, да?
— Да, Бен. Переехала. Вообще-то, Итан на этом настоял. После того, что произошло в Национальной галерее на мероприятии, посвященном Маллертону, он вроде как занял твердую позицию. Я продолжаю платить за мою квартиру, чтобы облегчить положение Габи до конца года, но да, мы сейчас живем вместе.
— Когда свадьба? — мечтательно поинтересовался Бен.
Я посмеялась над ним.
— Прекращай!
— Я серьезно, девочка. Все в твоих руках, если я вообще хоть что-нибудь понимаю, так это то, что Блэкстоун безумно тебя любит, моя милая.
— Ты действительно так считаешь?
Бен усмехнулся.
— Мужик должен быть мертвецом, если не испытывает к тебе таких чувств. Я рад за тебя. Ты заслужила это, и даже больше.
Ох, мы сейчас как раз в ожидании большего.
— Я разрыдаюсь, если ты произнесешь еще хоть слово, Бен, я серьезно. – На сей раз я не лукавила.
Он, похоже, уловил мое эмоциональное состояние и сменил тон на более беззаботный.
— Ты должна позволить мне помочь тебе выбрать платье. Обещай мне, — взмолился он. – Винтажное, облегающее, с кружевом ручной работы… — В его голос вернулись мечтательные нотки. – Знаешь, ты будешь выглядеть как богиня, если позволишь мне позаботиться о тебе.