— Я чувствую то же самое к нему, во многих отношениях. Итан спас меня от самой себя.
Джонатан внимательно выслушал меня и указал на мой живот.
— Ты поймёшь, что никогда не перестанешь беспокоиться о своих детях, независимо от их возраста.
— Я слышала это много раз, — тяжело вздохнула я. — Сейчас я беспокоюсь... о нем или о ней. — Я прикоснулась к своему животу. — Если со мной что-то случится... тогда... я уже не смогу испытать это на себе.
— С тобой ничего не случится, моя дорогая. Итан не допустит этого и я тоже. Следующие несколько недель ты будешь очень занята, а твой график заполнят планы и мероприятия, но скоро все уляжется, и вы вдвоём будете строить семейную жизнь, а я ожидать рождения моего четвертого внука.
Он улыбнулся мне, и я от всей души ответила ему тем же, начиная проявлять к отцу Итана безграничное уважение. Он стал бы любящим дедушкой для нашего ребёнка, и мне было приятно от осознания того, что он переживает за нашу маленькую семью. Для кого-то это покажется незначительным, но для меня это многое значило. Джонатан дал мне то, что не могла дать и не даст родная мать — простое благословение с пожеланием достатка и счастья нашей зарождающейся семье.
Мы направились к выходу из ресторана, когда я заметила буквально влетевшего в помещение Карла, выглядящего немного изможденным по сравнению с тем беззаботным парнем, которого я помнила со средней школы.
— Брианна! Боже, мне так жаль, что я опоздал. Я получил твоё сообщение, но потом меня задержало одно безотлагательное дело, а за ним другое. — Он поднял руки в извиняющемся жесте. — Пришлось задержаться по работе.
Подойдя ближе и обняв меня, он нежно поцеловал меня в щеку.
— Карл, это мой... свекор, Джонатан Блэкстоун. Джонатан, это Карл Уэстмен, старый друг из моего родного города. Мы когда-то соперничали друг с другом в лёгкой атлетике.
Они пожали друг другу руки, и мы несколько минут поболтали. Карл казался расстроенным, что пропустил наш обед и «воссоединение», как он выразился. Я сомневалась, что Итан бы справился с любого рода связью между мной и Карлом. По правде говоря, я бы тоже могла без неё обойтись. Я не имела ничего против старой дружбы, но в таком случае она несла в себе очень много дополнительных эмоций, а они в свою очередь ставили меня в весьма неловкое положение.
— Джесс убьет меня за то, что проделал такой путь в Лондон и даже секунды не выкроил для того, чтобы поговорить с тобой и наверстать упущенное, — сказал он мне, после чего повернулся к Джонатану. — И я жалею, что упустил возможность получить бесценную туристическую информацию от вас, мистер Блэкстоун.
— Если вы интересуетесь историей и местными достопримечательностями, имеющими отношение к Хендриксу, я могу поделиться тем, что знаю. Я возил по этому городу сотни туристов более двадцати пяти лет. По-моему, я показал им все, что только мог. — Джонатан дал Карлу свою визитную карточку. — Напишите мне на электронную почту, и я пришлю вам все, что у меня имеется. Полагаю, вы захотите увидеть отель Самарканд под номером 22 на Лэнсдаун Кресент в Челси.
— Совершенно верно. — Карл взял визитку Джонатана и положил её в карман. — Спасибо за любую информацию, которую вы сможете мне предоставить. Я ограничен во времени, поэтому хочу использовать его по максимуму. — Он снова повернулся ко мне. — Итак... представится ли нам шанс ещё как-нибудь пересечься? Наверно, тебе сейчас нужно быть в другом месте, да?
— Да, у меня фотосессия чуть больше, чем через час, но мне нужно время, чтобы подготовиться. — Я на мгновение призадумалась. — Ты ведь пойдёшь на Игры, так? У Итана будут билеты почти на все олимпийские события, которые ты только захочешь посетить. Почему бы нам не встретиться на одном из соревнований по лёгкой атлетике, например, на беге с препятствиями или забеге на сто метров? Если честно, я с нетерпением жду возможности увидеть какие-нибудь состязания.
— Отлично, — сказал он. — Тогда созвонимся.
Карл снова обнял меня, и мы разошлись кто куда.
Джонатан не проронил ни слова, пока вёз меня в мою студию на съемку. Он казался задумчивым, и мне стало интересно... Как он относится к позированию в обнажённом виде? Что Итан рассказал ему об этом? Видел ли он когда-нибудь одну из моих фотографий? Думаю, я не узнаю, если не спрошу его, а ведь эта была не та тема, которую я обсуждала с людьми. Работа моделью была моим личным делом, а не предметом разговоров.