— Ты продаешь бар? — спросил Слава, решив не мучиться догадками.
— Да, — не глядя на Каминского, ответил Яр. — С этого бизнеса я больше ничего не поимею, а работать, чтобы закупить алкоголь и выплатить зарплату, мне не улыбается.
Вячеслав отдал одну бутылку коньяка Ярославу и присев в кресло закинул ноги на стол. Разговор пошел в нужном для Каминского направлении. Не из праздного любопытства он хотел знать, для чего Султанов ввязался в игры с криминалом.
— Зачем ты это все затеял? — спросил он и про себя чертыхнулся за не нужную скоропалительность. После пятиминутного молчания со стороны Султанова, Слава навешал себе мысленных подзатыльников все по той же причине, как…
— Я не хотел этого, — заговорил Яр, смотря в потолок. — Они сами нашли меня.
— Кто?
— Федералы. Не знаю, откуда узнали, но пришли они ко мне, уже хорошо подготовленные. То есть у них было все на меня. Мы с Ксюшкой только собирали все необходимые справки для открытия бара, а тут они… Короче, мне настоятельно порекомендовали начать сотрудничать, за что пообещали хорошие условия сделки. Я пляшу под их дудку, открываю не среднестатистический стриптиз-бар, а притон для сходок и точку распространения дури.
— И что ты с этого имел? — Слава никак не мог понять, что именно так подкупило Султанова. Ведь он мог отказаться.
— Большие деньги, — усмехнулся Яр. — Ты знаешь, сколько за одну ночь здесь просиживали эти дельцы? — спросил он, повернув голову и посмотрев на Славу. — Столько, сколько выручает обычный бар за месяц в Москве. Так вот, вся выручка от «Белоснежки» шла мне. Я не хочу жить в России, а на то, чтобы уехать и обосноваться заграницей, нужны деньги, поэтому-то и согласился.
— А Ксения? Ты не думал, что подставляешь ее?
— Она всегда была под наблюдением… ровно до тех пор, пока в городе не появился ты. Знаешь, я даже вздохнул свободнее, когда ты нанес мне визит. Я сразу понял, с какой целью ты здесь появился и надеялся, что Ксюшка переключит свое внимания с меня на тебя. Все же, когда она сбежала, я видел как ей плохо. Она больше недели ходила, как пыльным мешком прибитая. Так и получилось: она стала реже бывать в баре и это хорошо, потому что, именно в то время вся операция федералов начала свой заключительный аккорд. Если бы что-то пошло не так, нас бы сразу вывели из игры. Билеты, деньги, документы — все это было уже заранее приготовлено. Но… но все сложилось, как нельзя лучше.
— То есть все дело только в деньгах? — Слава не мог поверить своим ушам. — Ты настолько меркантилен?
— Ты вообще меня слушал? — огрызнулся Яр. — Меня в угол зажали и прямым текстом сказали, что не дадут развернуться в этом городе, если я не пойду на их условия. Батрачить на какого-то дядю я не привык, да и Ксюша — девочка другого уровня, она не станет есть и одевать абы что.
Выслушав Ярослава до конца, Слава посмотрел на ополовиненную им бутылку и задумался. Как бы он поступил, будь на месте Султанова? Отказался? Или…
Понимая поступок Яра, он все же не смог его принять. Вроде бы все логично, правильно и все равно надо было искать другой выход из ситуации. А все потому, что Ксения могла оказаться в самой гуще событий. От одной этой мысли мороз пробегал по позвоночнику.
— Осуждаешь, — фыркнул Ярослав, переводя тело в вертикальное положение на диване. — Мне все равно, что ты думаешь обо мне. Для меня существует только сейчас. А сейчас уже все закончилось. Так что не вижу смысла загоняться мыслями «А если бы…».
— Не в моем праве тебя судить, — спокойно ответил Слава. Он разочаровался в Ярославе. Если раньше он его ненавидел за выбор Ксении, то теперь пришло отрезвление, когда смотришь на человека не затуманенными от ревности глазами, а чистым взглядом. На деле вышло, что Яр предпочел пойти по легкому пути зарабатывания денег, подставляясь под удар и ставя под него Ксану.
Желая поскорее покинуть стены этого заведения, Слава сказал то, зачем сюда шел:
— Мы уезжаем послезавтра. Ксана дала свое согласие.
— Ты ее пытал ради этого? — хохотнул Яр, но вышло это как-то нервно. У него плохо получилось скрыть, что эта новость его удивила.
— Думай, что хочешь. — Каминский поставил бутылку на стол и, не прощаясь, покинул кабинет.
Выйдя на улицу, он полной грудью втянул свежий воздух и посмотрел на свою одиноко стоящую машину. Подойдя к ней и вытащив папку с документами, он поставил седан на сигнализацию и со словами: — Ты ночуешь здесь. — Направился к дороге ловить частника.