Полностью запутавшись в себе, своих эмоциях и чувствах Ксана дернула цепочку. Нагретый теплом тела, драгметалл змейкой скользнул в руку. Смотря на украшение, лежащее в ладони, Ксана растопырила пальцы, позволяя кулону упасть на серый асфальт. Она не хотела этого делать — это был крик души. Она надеялась, что Султанов как-нибудь заметит свой презент и ему будет так же больно, как и ей.
— Забыла, — тихо прошептала она, — тебе ведь все равно.
Смотря на ссадины на руках, Ксюша подумала, что сегодня у нее так же истерзано сердце, и эти раны так быстро не затянутся. Они еще долго будут кровоточить, и напоминать о предательстве близкого человека.
Заставить остановиться хоровод негативных мыслей у Ксаны не получилось, но и появляться перед Каминским в подобном состоянии она не собиралась. Не хотела показывать ему, как сильно ее ранил разговор с Ярославом. Почему? Потому что банально боялась последствий. Хватит с Вячеслава и гематомы на скуле.
Поддавшись импульсивному порыву, Артемьева Оксана заставила отвезти ее в ночной клуб. Все предложения выбрать менее шумное, более спокойное заведение она игнорировала. Ксане нужно было попасть в такое место, где она не расслышит собственных мыслей; где нет времени и желания оплакивать многолетнюю дружбу; где можно и нужно вести себя чуточку безрассудно; где всем плевать, кто ты и что у тебя на душе. Там музыка, полутьма, веселье и алкоголь, который Ксюше в ее положении противопоказан. Но кто сказал, что для того, чтобы веселиться, надо принимать спиртное? Ксана очень надеялась, что попав в атмосферу всеобщего веселья, сможет пережить эту ночь, ни разу не расплакавшись и не проклиная Ярослава. Чтобы он не наговорил сегодня, как бы ни обидел ее, но внутри Ксюши жила твердая уверенность, что Султанов лжет.
Да, возможно, она пыталась его оправдать! С бараньим упорством отказывалась поверить его словам. Она до последней минуты надеялась, что между ней и Яром ничего не изменится, кроме расстояния разделяющего их. Верила, что, несмотря на то, что между ними произошло, они останутся друзьями.
— Оксана Сергеевна может не стоит, а? — спросил один из мужчин. — Давайте лучше мы Вас домой отвезем?
— Не хочу домой, — скривилась Ксюша. Вот уж чего ей меньше всего хотелось, так это оставаться одной в квартире, в которой они когда-то жили с Яром. Она ведь обязательно начнет вспоминать, что было, как они уживались под одной крышей, как переспали… Эти воспоминания хотелось положить в коробку, плотно закрыть крышкой и убрать поглубже в шкаф.
— Ну, давайте к матушке моей поедем, она Вас пирожками накормит.
— Нет! — Ксюша вылезла из салона и, не задумываясь над тем, как завтра будет буйствовать Каминский, подошла к гариллоподобным мужикам. Они профессиональным, наметанным взглядом оценили платежеспособность «нового лица» и сально ухмыльнувшись, попросили расставить руки в стороны, чтобы они смогли обыскать на наличие колющих-режущих предметов.
Ксюша рассмеялась и, держась за живот, обратилась к двум хмурым мужчинам рядом с собой.
— Разберись, — кивнула она в сторону «горилл» и отошла, дабы не мешаться под ногами. Прислушиваться к разговору Ксюша не стала, ее мало волновало какие веские доводы, приводят ее ребятки, но уже через тридцать секунд для Ксении услужливо распахнули двери и пожелали приятного времяпрепровождения.
Сидя за столиком для особо важных персон и наблюдая с высоты второго этажа за дергающимися телами на танцполе, Ксюша первые тридцать минут наслаждалась громкой музыкой. Два попрекающих ее взгляда, она успешно игнорировала ровно до тех пор, пока не почувствовала легкое недомогание. Маленькому пузожителю, видимо, прекратила нравиться громкая музыка, и он воспротивился такому насилию над собой — других идей, резко ухудшающегося состояния здоровья она не рассматривала. Тошнота подступала к горлу, и Ксюша отчетливо понимала, что до уборной она просто-напросто не добежит — не успеет.
— Эй-эй-эй, давай с тобой попробуем договориться! Не надо так радикально! — завела она тихий монолог, положа ладонь на живот. — Хочешь уйти, так и скажи! — прозвучало глупо, но отвлекая себя именно этим разговором, Ксюша начала выбираться из-за стола. Глубоко дыша, она медленно спустилась на первый этаж. Свежий воздух и шоколадное мороженое — это все, чего сейчас желала Ксения. Под жестким напором собственного «Хочу!», все волнения, обиды и размышления оказались вторичными.
Катаясь по городу второй час, Ксана не переставала возмущаться, что в достаточно большом городе наличие круглосуточных магазинов катастрофически мало.