— Назар, — только и выдает он.
Хрипло, резко, отрывисто.
А тот лишь оскаливается.
— Ты в курсе, что такую девушку нельзя одну отпускать? — интересуется невозмутимым тоном. — Еще и вечером. Без присмотра. А если бы на том пустыре не я встретился?
Суворова будто током простреливает. Настолько резко он поворачивается в мою сторону снова. С шумом втягивает воздух.
— Ты какого… — цедит и прерывается. — Ты чего на пустыре делала?
— Так ты ее парень, — выдает Назар. — Под контролем держать должен.
Ну все. С меня хватит.
— Он не мой парень, — говорю.
И собираюсь уйти подальше от них обоих. Но Суворов встает так, что чуть ли не сталкиваюсь с ним. Назар тоже в сторону не отходит.
— Оу, так ты свободна? — протягивает он.
— Не свободна, — отрезает Суворов.
Мои брови взмывают вверх от такого поворота.
Это о чем он сейчас?
Нет, не то чтобы я искала себе парня. После того, что было мне вообще никаких отношений не хочется.
Но почему он за меня отвечает?
Потому что я как дура между ними двумя стою и молчу. А сказать нечего. Давно нужно развернуться и уйти.
— Куда? — бросает Суворов, шагая в сторону, когда пробую обойти его.
Молча смотрю на него.
Разговаривать с ним не хочу. Все.
Делаю попытку обойти с другой стороны, но он опять опережает, преграждая мне проход.
Ладно, это уже просто…
— Мне домой нужно, — говорю.
— Нет, тебе рано, — отрезает Суворов, бросает короткий раздраженный взгляд в сторону своего приятеля. — А вот тебе — пора!
— Кажется, девушка против твоих ухаживаний, — доносится голос Назара.
— Против, — киваю и совершаю очередную безуспешную попытку обойти Суворова хоть как-нибудь.
— Ты слышал? — спрашивает Назар.
Суворов смотрит на него снова.
Тот усмехается.
— Ну смотри, — окидывает взглядом меня и снова смотрит на Суворова. — Вижу, ты уже дров наломал. Как бы еще больше не навертел. Долго же разгребать придется.
— Ты за собой смотри, — зло выдает Суворов.
Назар отходит в сторону, а я, пользуясь возникшей между парнями перепалкой, пробую проскользнуть мимо.
Но Суворов оказывается начеку. На этот раз он уже перехватывает меня так, что буквально врезаюсь в него.
Тут же отшатываюсь. Но он хватает меня за плечи. Притягивает ближе, почти возвращая в прежнее положение. Не прижимает, но держит рядом.
— Ты не уйдешь, пока мы не поговорим, — будто режет.
+++
друзья, у меня вышла горячая новинка, приглашаю - https://litnet.com/shrt/V3DI
4
Его прикосновения обжигают. Сначала застываю от неожиданности. Настолько резко и даже грубо Суворов меня хватает. А потом дергаюсь, стараюсь поскорее от его захвата избавиться.
Не хочу, чтобы он меня трогал. От негодования передергивает.
— Убери руки, — говорю, когда мои попытки не дают никакого результата.
— Нет.
— Мне больно.
— Лжешь.
— Что? — вспыхиваю. — Да ты…
— Я тебя нормально держу.
Вскидываю взгляд на него.
А перед глазами та самая сцена в ресторане. Когда его рука очень уверенно двигалась по брюнетке.
— Убери, — только это и получается выдать.
Наверное, что-то отражается в моих глазах или сквозит в самом выражении лица, потому что Суворов все же отпускает меня. Но не до конца. Руки он убирает, однако держит под прицелом тяжелого взгляда.
— А ты не дергайся, — заявляет. — Все равно поговорим.
Похоже, и правда лучше мне выслушать его. Видно, что отступать он не намерен. Пройти спокойно к подъезду не даст. Буду возражать, и все лишь сильнее затянется.
— О чем нам говорить? — спрашиваю.
— Вижу, ты свободу почувствовала, — хрипло бросает он.
— Что? — невольно брови приподнимаю.
— Разошлась.
— Я?
— Ты, — выдает мрачно, продолжает пронизывать меня взглядом будто насквозь. — Что за дела? Парня ищешь?
— Знаешь, это вообще не твое дело, — роняю, ощущая, как внутри поднимается раздражение. — Кого ищу. Какие у меня дела. Мы все очень хорошо выяснили в прошлый раз. Не знаю, зачем ты здесь. Но говорить нам бесполезно. Мы будто с разных планет. И не важно, что я скажу, ты ничего не поймешь.
— Ну вот такой я, — хмыкает. — Непонятливый. А ты смотрю, все всегда знаешь. Лучше всех.
Молча смотрю на него.
Эмоции бурлят. Но я не хочу их показывать. Не заслужил он моих эмоций. Причем без разницы каких. После всего, что было, даже видеть его тяжело. Однако стараюсь успокоиться. Нервы и так на пределе.