— Там доказательства есть, не волнуйся, — цедит Кир неожиданно жестко и теперь совсем его не узнаю. — Вышвырнут твоего Яна.
— Он не мой…
— А так и не скажешь, — кривится. — Интересно, что ты скажешь, когда точно вскроется, какой он жулик. Когда все узнают, в чем секрет этого «гения».
Случайно перехватываю взгляд Лизы. Она смотрит то на меня, то на Кирилла. Нахмурившись, говорит:
— Кир, ты чего так завелся? На Дашу налетел. Знаешь, а я с ней согласна. Ну подозрительно это, что Ян годами получает разные награды на самых разных конкурсах, показывает отличные результаты, а потом вдруг какая-то темная история с контрольными, где он якобы ответы знал. Он же и в наших играх участвует, во всяких викторинах. А там точно жульчиничать не выйдет. Все ответы дают сразу. Ничего не спишешь и заранее не подготовишь.
— Какие же вы наивные, — фыркает Кир. — А тебя-то, Лиз, чем этот Ян зацепил?
— Ничем, — разводит руками. — Ситуация непонятная.
Парень глаза закатывает.
— Ладно, закрыли тему.
Что на него нашло?
Слишком бурно он отреагировал, когда я попыталась возразить. И Лиза со мной согласна.
Как человек Ян может быть любым. Но как студент он давно получил высокий авторитет. Не просто так.
Ну не верится мне, что он стащил где-то ответы, обманывал преподов.
Только Киру ничего не докажешь. Взъелся на него так, будто сам получил от Яна подставу.
Однако на разговоре с Киром эта история не заканчивается.
Куратор отправляет меня в корпус, где находится кабинет ректора. Нужно передать документы в администрацию. Там все рядом.
Поднимаюсь на второй этаж, прохожу по широкому коридору и застываю.
Ян.
Он стоит под кабинетом ректора. Мрачный, сосредоточенный. Видимо, настолько глубоко в своих мыслях, что никого и ничего не замечает.
Рядом открывается дверь. Задевает его. А он, даже не глянув в ту сторону, лишь механически отходит в бок.
Парень поворачивается, и я вижу гипс на его руке.
Еще вчера ничего не было.
Судорожно сглатываю, иду к нему.
— Ян, — окликаю осторожно. — Привет.
Он медленно поворачивает голову, смотрит на меня.
— Извини, может сейчас не лучший момент, — прочищаю горло. — Но мне нужно отдать тебе папку.
Достаю из сумки то, о чем говорю.
— Твои материалы…
— Забудь, — выдает.
— Но…
— Не важно.
Отмахивается. Той рукой, что не в гипсе. Взгляд у него затуманенный, как будто полностью отсутствующий.
Парень шагает в сторону. Обходит меня. Направляется к выходу.
Так и остаюсь стоять с его папкой в руках.
Виски пульсируют от напряжения.
Столько совпадений. История с контрольными. Испорченная репутация лучшего студента универа. И теперь — гипс. Может, это случайность, но…
Я не могу не вспомнить, как Суворов смотрел на нас в кафе. На наши руки. Когда мы двигали папку по столу.
Сцена отчетливо встает перед глазами.
Ян сидел напротив и трогал меня той самой рукой. Правой. Которая сейчас в гипсе.
Осознание буквально ошпаривает.
Нет. Это нельзя так оставлять.
Дальше меня ведут эмоции.
Еще не знаю, как именно. Однако нужно срочно поговорить с Суворовым. Нужно его найти.
Не думаю о том, что он мог попросту не прийти в универ сегодня. Или уже ушел, ведь теперь почти конец дня. Вообще, не думаю.
Просто поскорее отдаю документы, которые надо передать. Выхожу, глазами ищу Суворова повсюду и нахожу.
Даже странно, что так легко получается.
Но тогда об этом не особенно задумываюсь.
Вижу парня на скамейке перед ректорским корпусом. Он развалился на скамейке в ленивой позе. Будто сытый хищник отдыхает, расслабленно закинув руки на спинку скамьи, запрокинув голову назад.
— Это ты? — спрашиваю сходу.
Он неспешно поворачивается в мою сторону. Слегка приподнимает бровь. Каждый жест выглядит небрежно, как-то растянуто, будто пропитан ленцой.
— Ян, — выдаю. — Ты ему проблемы устроил?
Выражение лица Суворова остается прежним. Он даже бровью теперь не ведет. Просто смотрит на меня. Внимательно, пристально.
— Вся эта странная история с контрольными, — продолжаю. — И гипс. Ты… ты что, руку ему сломал?
Молчит.
Взгляд непроницаемый.
Не похож Суворов на того, кто будет руки ломать. Сам. Но хватит одного его слова, чтобы нечто такое устроить.
— Знаешь, это слишком, — выпаливаю.
— Это? — вкрадчиво переспрашивает.
— Да.
— Что — это?
— Все, — нервно руками взмахиваю. — Подставлять невиновного человека. Нападать на него и…
— А почему ты так переживаешь? — лениво прищуривается, дальше изучая меня исподлобья.