— Зачем она нужна? — повторил Кирилл в своей неподражаемой, требовательной манере.
— Затем, — я остановилась и присела около него.
Как он смотрит. Серые глаза в упор. Хозяин. Желает знать, что происходит в его жизни. Значит, такими они становятся уже в пять лет. Интересно.
— Когда я осталась одна и никому не нужная, тогда Кристина приютила меня. Взяла к себе. Теперь я возьму к нам домой эту брошенную собачку. Чтобы она не оставалась одна, понимаешь? — я заглянула в глаза ребенка. Кирилл важно кивнул. И сразу:
— У нас есть ружье?
— Зачем? — поразилась я. В мою воспитательную схему вопрос ребенка никак не вписывался.
— Если она укусит тебя за ногу, то я ее пристрелю, — серьезно ответил мне малыш. Н-да.
— Она не станет кусаться. Это хорошая собака. Придумай-ка ей лучше имя, — отозвалась с другого конца комнаты Кристина. Подошла, погладила узкую мордочку, чуть выглядывающую из теплой тряпки. Доброй женщине снова нездоровилось. Лицо серое и дышит тяжело.
— Свинка Пепа, — сразу сказал ребенок и громко засмеялся. Я удивилась.
— Есть такой мультик, — пояснила Криста. Про это я ничего не знала. — Тебе придется переселиться в комнату Кирюши. Сезон начался.
— Ура! Моя Лола и моя Пепа будут жить у меня! — обрадовался мальчик и запрыгал по комнате, как все нормальные дети.
Мои личная жизнь и пространство накрылись медным тазом. Я не возражала.
— Смотри! Месяц народился, бежим скорее домой. Надо срочно ему монетки показать, чтобы деньги водились, — Кирюша потащил меня за руку вперед. Тоненький серп висел низко в темнеющих закатных небесах.
— У твоей подружки наверняка бы водились монетки, если бы она поласковее была с дядей Овиком, — раздался насмешливый бас рядом. — Привет, Лолочка, как дела?
Я махнула рукой, не оглядываясь. Большой мужчина не впервые намекал мне на это. Пошел вон, собачий убийца.
Егор исчез из моей жизни, как не был никогда. Давид мне даже сплетен о нем не рассказывал. Знает все про всех и молчит. Саша в субботу не приехал. Серьезный Гуров больше не позвонил. Ни разу. Я таскала тяжеленные подносы с пивом в караоке через день. Носилась по трем этажам гостиницы, обслуживая гостей, во все остальное время. Кристина слегла. Молоденькая армянка участковый врач выписала ей какие-то таблетки. Те очевидно плохо помогали. То ли лекарства врали, то ли новорожденный доктор не знала в профессии ничего. Я уставала, как лошадь, крутясь жестко в таком режиме. Криста жалела меня. Три брата помогали, когда могли. У них своих дел было под завязку. Взглядывали черными глазами, каждый о своем, не приставали. Выжидали явно, куда случай повернет. Один Кирюша был доволен. Я и собачка Пепа спали рядом с его кроватью на скрипучей раскладушке безвылазно восьмую ночь. Спасибо физическому напрягу, не до глупостей. Спать. Спать. Спать. Закрыла глаза. Открыла. Новый день. Привет, Лола. Трудовые подвиги ждут тебя. Разве не об этом я мечтала, когда ехала сюда? Сбылось.
— Лолочка, тебя у нас в зале какая-то тетка спрашивает, — Гарик заглянул в холл гостиницы. Я только-только закончила общение с оператором известного туристического сайта по поводу свободных мест. Мечтала залезть в душ, а потом в постель. Пепа оглушительно тявкнула при виде парня. Освоилась, красавица. Я слегка сжала ее тонкую мордочку:
— Нельзя! Нельзя лаять, дурочка. Люди отдыхают, — собака глухо бухнула мне в пальцы. — Фу! Нельзя.
Пепка лизнула меня в нос. Из комнаты вышел Кирюша в пижаме. Забрал собаку с моих колен.
— Уложи ее спать, хороший мой. Я закончу дела и приду.
Мальчик подошел ко мне и ждал. Я наклонила к нему лицо. Он поцеловал меня в щеку:
— Спокойной ночи, — прижал рыжее, явно потолстевшее тельце к себе и отчалил. Пепа честно вылизывала ему правое ухо. Вдруг мы его плохо помыли.
— Что сказать? — Гарик с неясной улыбкой наблюдал происходящее.
— Что за тетка? — я не хотела идти.
— Немка, — ответил Гарик.
Случайное, залетное такси доставило нас к воротам знакомой виллы за пять минут. Я даже задуматься ни о чем не успела. О чем думать? Ясно все.