Дорога на оленьих упряжках была очень долгой, хоть и веселой. Чудаки в красно-зеленых костюмчиках с бубенчиками на ботинках пели разные рождественские песни, нахлопывая мелодии, или музицировали разными интересными инструментами – флейтой, маленькими колокольчиками или даже органом-портативом. Макс поначалу совсем смущался, был напряжен всей происходящей ситуацией, однако со временем новогоднее настроение и веселая, приятная компания взяли вверх. Юноша с интересом подхватывал разговоры, напевал новые песни, попробовал себя в роли барабанщика на небольших подвязных барабанах. Казалось, что даже олени ускорились и бежали в такт.
Постепенно упряжки въезжали на не очень широкую, идеально вычищенную от снега дорогу, окутанную густым лесом. По земле расстилались огни, послужившие ориентиром в непроглядной тьме густо растущих сосен. Бесснежная дорога вскоре сменилась на узенькую тропку, проехать по которой упряжки могли лишь медленно и друг за другом. Все засуетились, наспех убрали музыкальные инструменты и схватились за поводья.
По бокам дороги начали виднеться деревянные дома, украшенные к праздникам. Деревья светились различными цветами, такие же забавно одетые ребята убирали снег со скамеек, крыш домов, дорог, крылец. Они здоровались с приезжающими, махали им руками в алых рукавицах. В городке все пели, царила невероятная праздничная атмосфера, ведь каждый подхватывал песни. Маленькие детки бегали друг за другом, играли в снежки, лепили семьи снеговиков. Кто-то бегал из одного дома в другой с разными коробками, кто-то помогал соседям. Макс невольно улыбнулся.
Их упряжка была 15-ой по номеру. Они подъехали, как парень потом понял, к оленьей ферме. Упряжек было огромное количество, они все стояли неподалеку. Макс спустился на заснеженную полянку, разминая затекшие ноги.
— Где мы? — он обернулся к своему новому знакомому, который вылез следом за ним, поправляя съехавший на бок колпак.
— Нет, ну, ты что, новенький? С луны свалился?
— Ну… — Макс уже хотел начать что-то придумывать в свое оправдание, но вспомнил ситуацию в вагоне. — Да. Ты же сам пришел к этому выводу еще в поезде.
— Ах, да. — Чудак хлопнул себя по лбу. — У меня немного плохая память.
— «Немного»… — Девушка, проходящая мимо, лишь посмеялась, прикрыв рот ладонью.
— Но это не мешает мне работать! — парень крикнул ей в ответ и хохотнул, пожимая плечами. — Раз ты… новенький, да? Раз ты новенький, то тебе предстоит сначала пройти отбор в главном здании.
— А кем ты работаешь? — Макс выгнул бровь, помогая парню вытаскивать вещи.
— Ой, я сижу в первом цехе, на конвейере писем. Читаю детские рассказы, заполняю бланки с подарками, которые потом отправляются в главное здание – Цех Подарков. В общем, работа не пыльная, мне нравится. — Паренек посмеялся. — Идем.
Толпа полилась по заснеженной дороге к главному зданию, светящийся купол которого можно было увидеть издалека. Многие ребята обсуждали новогодние планы друг с другом, они явно были знакомы. Макс вновь почувствовал себя не в своей тарелке, нервно сжал в кулаке ткань пуховика и сглотнул. Мороз больно щипал нос, а снег лип к ресницам.
— Тебе туда. — Чудак указал Максу на дверь, ведущую в главное здание, а после, чуть улыбнувшись, пожал ему руку. — Был рад знакомству, новенький! — он посмеялся, и толпа разделилась на два потока: один направился дальше, а Макс с толпой таких же смущенных ребят зашли в главное здание.
Внутри приветствовала все та же праздничная атмосфера: огромные ели уходили ввысь, деревянные полы блестели от света фонарей, развешенных по всему потолку на плотно закрученные тросы. На стенах, также обитых темным деревом, висели разные детские картинки, мило украшенные в разноцветные рамки. Большие окна были аккуратно зашторены алыми и белыми занавесками, на стеклах так же, как и в поезде, красовались морозные узоры.