И это не все. Районная Сельхозтехника явно не справлялась — ни запчастей, ни качественного ремонта, ни техуходов. И в Пыщуге в параллель этой государственной организации создали межколхозное техническое объединение. Другой новинкой — по крайней мере для Костромы — явилось межколхозное Райэнерго. Нечерноземная деревня насквозь ныне электрифицирована. Не будем говорить про автоматику и сложнейшую аппаратуру, которая последние годы валом валит в деревню. Простейший навозный транспортер и тот электричеством движется. А порядка в энергетике нет. К примеру, для ремонта тракторов и комбайнов созданы мастерские, пункты диагностики. Но тот же энергопарк в сиротском положении. В любом колхозе только сгоревших электромоторов отыщется сотни две — горе с ними! — а чинить их никто не берется.
Короче, неслышный Пыщуг заставил обратить на себя внимание. Газета «Сельская жизнь» посвятила его начинаниям серию статей. А Игоря Александровича Удалова перекинули в соседнюю — крупнее Пыщуга — Вохму. Справедливо будет отметить, что преемник, нынешний секретарь Александр Федосиевич Лобов, по достоинству оценил его начинания и как мог их продолжил.
— Без опыта, без образца, — говорит Лобов, — район довольно правильно провел перестройку. Люди это заметили. А когда от Шарьи, ближайшей от нас железнодорожной станции, проложили асфальт, Пыщуг и вовсе переродился. У людей, я заметил, постепенно нервозность исчезла, тревога о завтрашнем дне. За годы девятой пятилетки район покинуло 1256 человек, то есть ежегодно Пыщуг терял 300—400 душ. А уже в 1977 году население района выросло. И нас это радует, потому что «отлив» прекратился.
…Но вернемся к Гарину. Специализация, начатая с его легкой руки, позволила резко увеличить производство мяса на гектар угодий. И не только мяса. Взять картошку. На нее в колхозах смотрели как на обузу и больше пяти тонн на гектар взять не мыслили. Передали весь картофель колхозу «За мир» — 116 центнеров. Смущала лишь материальная база. Хорошо, у одного — овцы, у второго — молочные телки, у третьего — откорм. Но у всех одинаковое старье — допотопные, неприспособленные помещения. Гарин даже силосную яму использовал под телятник, накрыл ее полиэтиленом и поставил туда телят.
— Этот, с позволения сказать, «откормочник» колхозники могилой прозвали, — вспоминает Гарин, — года два мы держали телят в той яме. А из старых сараев до сих пор никак не вылезем. Хотя задумано было все и просчитано до мелочей. Эвон какой комплекс мы замахнулись строить.
Поодаль от Колпашницы, по левую руку от мастерских, дорога упирается в три огромные железобетонные коробки. Если быть точным, в коробках сих все настоящее и будущее Колпашницы. Это телятники. Гарин и во сие и наяву видит, как под их крышей жируют, нагуливают вес молодые лобастые бычки. В урочные сроки он отправит их на мясокомбинат, а тысячные прибыли превратит во Дворец культуры, который пока лишь на картинке нарисован, проложит по колхозу асфальт и построит уже не деревянные, пусть и радующие глаз избенки с печным отоплением, — добротные, под кафель коттеджи. Чтобы каждой семье — особняк. Гараж. Вишневый сад. Чтобы во всем был достаток и изобилие.
— Телятники эти и есть наш откормочный комплекс. Как только мы взяли курс на специализацию, мы сразу приступили к строительству. Вернее, так: мы стали строить телятники и перестраивать севооборот. Это азбука: хочешь иметь мясо — запасайся кормами. Поэтому мы увеличили посевы клеверов. И завели люцерну. С кормами мы не бедствуем. А вот строительство затянулось. Время бежит, а дела наши по-черепашьи движутся.
Принимаясь за труд, большой или малый, человек думает прежде всего, как он станет его продолжать, чтобы добиться успеха. И сколь ни далека заветная цель, он станет жить с тех пор нетерпением увидеть приметы того, что дело, начатое им, вершится успешно и без задержек. Нет ничего хуже промедления. А гаринский комплекс, его мечта и надежда, был «заморожен» на несколько лет. Две коробки еще крайне далеки от завершения. А третья заселена, потому что, как Гарин говорит, нужда заставила, надоело и тесно стало в старых помещениях.
Да, стройка в колхозе явно затянулась. МПМК взялась было жарко, да ведь «Путь к коммунизму» не единственная для района забота.
Программа возрождения Нечерноземья, возможно, уже тем хороша, что учитывает весь узел и многослойность проблем. Допустим, весь капитал вложили в мелиорацию. А кто ту обновленную землю станет пахать? Значит, надо разворачивать жилое строительство. И культурно-бытовое ждать не может. И дорожное. Если все это поставить в очередь — сделаем одно, затем возьмемся за другое, — двадцатого века не хватит. Как ни тяжел груз задач, решать их приходится единовременно.