Франсуаза неторопливо обошла вокруг бассейна, ища глазами лакея, который отвечал за то, чтобы вовремя начать представление, и, увидев его в некотором отдалении, за деревьями, слегка кивнула. Через секунду раздались звуки музыки и шум механизмов, которые приводили в движение верхнюю створку раковины, и вот уже со сцены понеслись слова пьесы, произносимые нараспев актерами Бургундского отеля. Общество, на секунду онемев, разразилось бурными аплодисментами и криками: «Браво!», заставив актеров на некоторое время прервать выступление и начать все сначала, когда суматоха немного поутихла.
— Какой триумф, моя драгоценная, — прощебетала над ухом Франсуазы мадам де Гриньян. — Никогда не видела ничего подобного, просто невероятно!
— Это куда увлекательнее, чем жалкие потуги мольеровских кривляк, как мне кажется, — снисходительно улыбнулась графиня.
— И, несомненно, гораздо эффектнее, — закатила глаза Клэр. — Эта оранжерея, бассейн, розовая раковина… Я в восхищении!
— Ваше одобрение вдвойне приятно для меня, милая Клэр, потому что все знают, какой у вас утонченный вкус, — ввернула комплимент дочери мадам де Рамбуйе Франсуаза, и та раскраснелась от удовольствия.
Представление уже было в самом разгаре, когда молодая графиня увидела выходящую из боковой аллеи мадемуазель д'Арсе. С глазами, выражающими крайнюю степень отчаяния, и губой, закушенной до крови, она выглядела героиней идущей на сцене трагедии, которая по ошибке спустилась в зрительный зал. Франсуаза, не стесняясь, стала разглядывать ее. Откуда она пришла? Где была? Что произошло? Видимо, какая-то неприятность, раз девушка находилась на грани нервного срыва. Краем глаза графиня заметила какое-то движение, и через несколько мгновений к баронессе подошел господин Фуке. Он участливо склонился к ней и что-то прошептал на ухо, видимо, осведомляясь о ее самочувствии.
— Прошу вас, оставьте меня, сударь, со мной все в порядке, — услышала Франсуаза напряженный голос мадемуазель д'Арсе.
Ну что за невоспитанность, право слово! Мадам де Валанс демонстративно закатила глаза и отвернулась. И как раз вовремя, поскольку из-за бассейна, на середине которого располагался импровизированный театр, показался Люк. Не удостоив супругу даже взглядом, он едва не прошел мимо нее, но она цепко ухватила его за рукав камзола.
— Где вы были? — яростным шепотом осведомилась она.
— Вы скучали, дорогая? — с сарказмом проговорил он, глядя куда-то поверх ее головы.
— Проявлять неуважение к нашим гостям — это так на вас непохоже, — чуть повысила голос Франсуаза.
— И действительно, — согласно кивнул он. — Вы абсолютно правы, мадам.
— Тогда где же вы в таком случае были? — не сдавалась графиня.
В этот момент лицо графа изменилось — по его губам скользнула мягкая улыбка, и он едва заметно кому-то кивнул. Но когда он обернулся к жене, его лицо снова было невозмутимо, как восковая маска.
— Успокойтесь, сударыня, у меня были дела, которые никоим образом вас не касаются.
Франсуаза что есть силы вцепилась ногтями в его ладонь.
— Вы были с этой д'Арсе, да? Отвечайте!
— Вы похожи на фурию, мадам! — он сжал ее запястье, заставляя выпустить его руку, и она чуть не вскрикнула от боли. — Это шокирует наших гостей больше, чем мое недолгое отсутствие.
Графиня с ненавистью посмотрела на него.
— Вы еще смеете обвинять меня в недостойном поведении, вы, о похождениях которого знает весь Париж?
Ладонь Люка вдруг опустилась на ее обнаженное плечо и, когда она дернулась от неожиданности, слегка придержала ее.
— Мы можем уехать, Франсуаза, — неожиданно мирным тоном проговорил он. — Вы хотите вернуться в Тулузу?
Молодая женщина от изумления потеряла дар речи.
— Вы?.. Я?.. — наконец пробормотала она.
— Да. Вы и я, — проговорил граф, выделяя каждое слово. — Уедем из Парижа. И вернемся в Лангедок как раз к празднику Фиалок*.
— Это… так неожиданно… Мне нужно подумать, — в душе Франсуазы боролись надежда и недоверие. Чем вызвано его решение? Какую цель он преследует?
Его ладонь больше не лежала на ее плече. Скрестив руки на груди, он устремил взгляд на сцену.
— Только не злоупотребляйте временем, мадам, — услышала она его равнодушный голос. — Я улажу кое-какие дела и покину Париж в любом случае, будете ли вы согласны или нет. Мое решение окончательное.
— То есть, — медленно проговорила графиня, — вам безразлично, хочу ли я ехать с вами, но вы все равно зовете меня с собой?