— А… кого-нибудь ранили? — подала голос до этого молчавшая Анженн. Она видела пристальный взгляд Полин и старалась не показать того ужасного волнения, которое буквально бушевало в ней.
Прокурор кивнул ей в ответ.
— Да, ранены оба. Причём, что удивительно, граф де Валанс после того, как маркиз повредил ему левую руку, которой он вел бой, перекинул шпагу в правую и умудрился выйти победителем из этой схватки, отделавшись незначительной царапиной на груди. А вот господин де Монтеспан ранен дважды — у него длинный порез на боку и пропорото бедро, да так глубоко, что лекарю пришлось изрядно повозиться с ним, чтобы остановить кровь и ушить рану.
— Он фехтовал левой рукой?! И одержал победу? Господи, да этот граф — точно колдун! — перекрестилась Полин.
Анженн изо всех сил стиснула зубы, чтобы не высказать в лицо сестре все, что она о ней думает. Какая нелепость! Полин намеренно заговорила про колдовство, чтобы вывести ее из себя. Глупая ханжа! Анженн бросила быстрый взгляд на зятя, но тот отреагировал на слова супруги абсолютно спокойно, лишь чуть пожал плечами.
— Возможно, ему просто повезло, — проговорил он. — А возможно, маркиз уступает ему по части фехтовального искусства. Но колдовство здесь ни при чем, я уверен в этом.
— Ах, Виктор! — воскликнула Полин. — Вы не знаете, о чем говорите! Если бы вы только его видели…
— Я его видел, — прервал Гроссо жену. — И, по-моему, у вас слишком разыгралось воображение.
Та негодующе фыркнула, но продолжать спор не стала, а повернулась к Анженн:
— Не хочешь сегодня вечером поехать к Нинон? Раз уж твой кавалер загремел в Консьержери, тебе не помешает обзавестись новым.
— Как ты добра, Полин, — с сарказмом произнесла Анженн. — И как заботишься обо мне!
— Мне не терпится сбыть тебя с рук, пока ты не наделала глупостей, — в тон ей ответила сестра.
— Интересно, каких? — вскинула на нее возмущенный взгляд Анженн.
— Ты и сама прекрасно знаешь, каких, — парировала прокурорша. — Только муж сможет удержать тебя в рамках благоразумия, да и, если по совести, ты уже изрядно загостилась у нас.
Мэтр Гроссо д'Арсе укоризненно взглянул на супругу.
— Это наш долг по отношению к вашей сестре и вашей семье, — со значением проговорил он. — Ни к чему попрекать ее тем, что она живет под нашей крышей.
— Я ничем ее не попрекаю! — взвилась Полин. — Я лишь хочу, чтобы она поняла, насколько усложняет всем жизнь тем, что никак не может смирить свою заносчивость и поумерить фантазии.
— Смирить заносчивость — это выйти замуж за первого встречного? — Анженн вскочила со своего места. — Нет уж, спасибо, я лучше уеду к отцу!
— Скатертью дорога! — тоже поднялась сестра. — В Арсе только и не достает еще одной старой девы, помимо наших тетушек!
Всегда выдержанный мэтр Гроссо вдруг ударил ладонью по столу. Его лицо стало красным, как помидор. Анженн с опаской покосилась на него — еще не хватало, чтобы его хватил удар!
— Вы ведете себя, как лавочницы с Нового моста! — загрохотал мужчина. — Мне страшно представить, что подумал бы господин барон, ваш отец, услышав эту перепалку!
— Наш отец всегда слишком баловал Анну-Женевьеву, а теперь мы вынуждены пожинать горькие плоды его воспитания, — поджала губы Полин.
— Ты первая начала оскорблять меня! — вспыхнула Анженн.
— Если ты считаешь заботу о твоем будущем оскорблением, то нам не о чем говорить! — повысила тон Полин.
— Вот и замолчите, обе! — поставил точку в их споре прокурор. — Я хочу, чтобы до конца обеда вы не произносили ни слова.
— В таком случае, позвольте мне удалиться, — дрожа от ярости и унижения, проговорила Анженн и, не дожидаясь ответа, выбежала из столовой.
***
Изо всех сил хлопнув дверью своей комнаты, Анженн устремилась к окну и распахнула створки. Морозный воздух хлынул в комнату, и она жадно вдохнула его. Решено, она сегодня же уедет в Арсе — пусть катится к черту и Полин, и Париж, и этот невыносимый маркиз де Монтеспан! Но тут перед ее внутренним взором возник вчерашний вечер, полумрак оранжереи и темные, пылающие страстью глаза графа де Валанса… Казалось, с момента, когда он встретил ее на пороге Паради, прошла целая вечность, наполненная невероятным количеством событий. В неистовом хороводе вокруг Анженн закружились виконт де Мелён, неожиданно оказавшийся господином Фуке, высокомерная и ослепительная хозяйка приема — жена графа де Валанса, сам граф — то язвительный, то нежный, и, наконец, маркиз де Монтеспан, появившийся словно ниоткуда и своим грубым вторжением прервавший миг ее блаженства в объятиях человека, который одним поцелуем смог пробудить в ней ураган страстей, о которых Анженн раньше даже и не подозревала.