Он вышел из комнаты так же бесшумно, как и появился в ней, и не услышал, как с губ Атенаис де Валанс слетело эхом:
— Пусть расплатой ему будет смерть. Аминь.
***
— Мадам де Валанс-д'Альбижуа готова выдвинуть обвинения против своего мужа, — Александр смахнул невидимую пылинку с рукава затканного серебром камзола. — Мои люди обнаружили нынешнее местопребывание графа и следят за каждым его шагом. Рано или поздно он приведёт нас к мадемуазель д'Арсе, и тогда его можно будет арестовать и отправить в Бастилию, а её…
Речь маркиза прервал настойчивый стук в дверь. В комнату проскользнул вчерашний рябой слуга и с поклоном передал господину суперинтенданту плотно скрученный лист бумаги. Николя Фуке аккуратно развернул его, пробежался глазами по строкам послания и торжествующе улыбнулся.
— Вот, прочтите, — он через стол протянул Филиппу солидный пергамент, усеянный россыпью сургучных печатей, словно кровавыми кляксами.
ПРИГОВОР
Истец Филибер Вено, генеральный прокурор церковного суда Тулузского епископства, обвиняет в черной магии и колдовстве мессира Люка де Валанс-д'Альбижуа, сеньора де Вильфора и де Бюска, графа Тулузского, который является ответчиком.
Вышеупомянутый Люк де Валанс-д'Альбижуа полностью уличен в богоотступничестве и в том, что он продал душу Дьяволу, неоднократно взывал к демонам и вступал с ними в сделки, а также прибегал к всевозможным и многочисленным колдовским действиям.
Учитывая это, а также другие обвинения, дело Люка де Валанс-д'Альбижуа передано в светский суд, чтобы обвиняемого судили за его преступления.
Приговор вынесен 16 января 1660 года Филибером Вено. Вышеупомянутый де Валанс-д'Альбижуа не опротестовал его и не подал апелляцию, и, таким образом, да свершится воля Божья.
— И что все это значит? — Александр, скользнув равнодушным взглядом по тексту документа, вернул суперинтенданту свиток.
— На более понятном языке это означает, что церковный суд, рассмотрев дело графа заочно, то есть в отсутствие обвиняемого, и признав его виновным, передал дело на рассмотрение в тулузский парламент, который, я уверен, ничего не сможет сделать, кроме как вынести господину де Валансу общественное порицание. Поэтому я, в свою очередь, хочу заставить их отказался от этого иска в пользу парламентского суда Парижа. Думаю, это будет легко устроить, поскольку зачинщиком обвинения графа в колдовстве был сам архиепископ Тулузский, хоть его имя и не фигурирует в приговоре.
— И вы думаете, что король поверит в эти бредни? — насмешливо осведомился маркиз.
— Я сделаю все возможное, чтобы он в это поверил, — с нажимом произнес Николя Фуке. — Этот документ я передам канцлеру Сегье***, президенту верховного суда. Он честный, но бесхарактерный человек, блюститель духа и буквы закона. Король ценит его, как верного пса. Правда, служит он двум хозяевам, но по итогу на благо Франции, — суперинтендант задумчиво покачал головой. — Вместе нам не составит труда убедить его величество в необходимости начать судебный процесс против графа де Валанса. Достаточно напугать нашего юного сюзерена возможностью новой Фронды, которая может вспыхнуть в любой момент в неспокойных южных провинциях под предводительством столь ненадежного и вольнодумного вассала, как граф Тулузский.
— Однако, если судебный процесс состоится, то ведь решение будут выносить судьи? Стоит ли так рисковать? — с сомнением в голосе протянул Александр.
— Несомненно, — твёрдо ответил Фуке. — Нет ничего надёжнее официально предъявленного обвинения и законного решения суда. И правильно подобранных обвинителей, — он хищно улыбнулся, заставив маркиза внутренне поморщиться. — Отравления, дуэли, наемные убийцы — это все так старомодно, мой друг. Сейчас в ходу другие методы, которые, не скрою, мне больше по душе.
Да, пронеслось в голове у Александра д'Амюре, то, что раньше было не под силу скромному советнику парламента, теперь по плечу всесильному суперинтенданту финансов. Никто не сможет избежать ига его поистине безграничной власти…