**** Епархия Родеза — епархия в составе архиепархии-митрополии Тулузы Римско-католической церкви во Франции.
***** Отсылка к делу Урбена Грандье, французского католического священника, обвинённого в дьяволопоклонничестве, колдовстве и ритуальных убийствах и сожжённого 18 августа 1634 года на костре по приговору церковного суда.
Доподлинно неизвестно, сознался ли Грандье во вменяемых ему преступлениях под пытками или же улики против него были полностью сфабрикованы, но суду в качестве доказательства его вины представили некий документ — «Договор с Дьяволом», будто бы подписанный рукой обвиняемого. В «Договоре» Урбен Грандье «заключал соглашение» с целым рядом демонов, в том числе Сатаной, Люцифером, Астаротом, Левиафаном и Вельзевулом, чтобы получить «любовь женщин, цветы девственности, милость монархов, почести, наслаждения и власть». Этот документ, в котором некоторые демоны упоминались впервые, получил широкую известность и многократно воспроизводился в различных исследованиях.
****** Франсуа Арле де Шанваллон, известный также как Франсуа Арле де Шанваллон III — французский иерарх, архиепископ Руана (1651—1671), командор Ордена Святого Духа.
******* Мобюиссон — женское цистерцианское аббатство во Франции. Находится в муниципалитете Сент-Уан-л’Омон (депаратамент Валь-д’Уаз, Иль-де-Франс) на левом берегу реки Уаза, напротив Понтуаза. Монастырь был основан Бланкой Кастильской и находился под королевским покровительством.
******** Луиза Голландина Пфальцская — художница и аббатиса. Дочь Фридриха V, курфюрста Пфальца и короля Богемии, и Елизаветы Стюарт. На протяжении сорока пяти лет, вплоть до своей смерти, Луиза была настоятельницей монастыря Мобюиссон. По неизвестным причинам, в декабре 1657 года она бежала во Францию и перешла в римско-католическую веру. В сентябре 1660 года стала монахиней в цистерцианском аббатстве Мобюиссон, а после при поддержке короля Людовика XIV — аббатисой Мобюиссона.
********* Состав философского камня готовится из очищенного золота — Солнца, чистого серебра — Луны, с которой надо смешать подвижное золото — Меркурий. В философском яйце, плотно закрытом сосуде, алхимик попеременно держит смесь на большом и малом огне, за которым внимательно следит. Огонь — это Вулкан. Так рождается плодоносящая сила Венеры, а философский камень есть видимая форма этой регенерирующей субстанции. Затем все реакции в философском яйце развиваются в определенной последовательности — это позволяет следить за превращением вещества. Очень важными являются три цвета: черный, белый, красный, которые указывают соответственно на гниение, разрушение и рождение философского камня. Одним словом, сначала смерть, потом воскрешение — из этой последовательности, согласно древней философии, зарождаются все живые субстанции.
Эпилог второй. Атенаис. Vae victis.
(Две недели спустя, 5 февраля 1661г.)
Присутствуя на поминальной мессе, заказанной герцогиней Орлеанской, супругой покойного герцога, которую проводил в Сен-Дени со всей возможной торжественностью Виктор Бутилье, архиепископ Турский, Атенаис вспоминала, с каким ужасающим пренебрежением отнеслись к похоронам дяди короля год назад. Тело усопшего, привезенное гвардейцами короля из Блуа, где мятежный герцог завершил свой тернистый земной путь, сопровождал только его духовник. Монахи аббатства приняли его на паперти собора и отнесли в капеллу Валуа под скромным покровом из черного бархата. В тот же день по нему отслужили погребальную мессу в отсутствие всех его родственников и друзей, словно по безродному нищему, а не по особе королевской крови. Говорили, что таким было распоряжение самого короля… Как бы то ни было, после прочтения всех молитв об усопшем, тело герцога Орлеанского было похоронено в королевской усыпальнице Бурбонов.
— Мой отец умер, как добрый христианин, — из первых рядов раздавался негромкий, но пронзительный голос герцогини де Монпансье, словно вторя мыслям Атенаис. — Это для меня большое утешение. Но меня возмущает, что его тело сопровождали в Сен-Дени всего лишь несколько гвардейцев и священников… никакой помпы, так убого… Вы считаете это пристойным?
Ответ ее собеседника было сложно разобрать, но Атенаис не сомневалась, что он во всем соглашался с внучкой Генриха IV.
— Будь там я, все было бы по-иному, поверьте мне, — продолжала дочь Гастона Орлеанского. — Я люблю пышность и хочу, чтобы каждому воздавалось в соответствии с его рангом. Справедливость восторжествовала!