Опустив голову на плечо любовника, Лусия постепенно приходила в себя. Такой ураган эмоций она не испытывала ни с кем, только с ним — этим волшебником, умеющим разбудить ее чувственность и вознести к вершинам блаженства. Как замечательно, что он снова вернулся к ней, пресытившись своей красавицей-женой. Одно время испанка всерьез ревновала Люка к его юной супруге и даже уехала в Париж, чтобы не видеть, как эта выскочка купается во всеобщем внимании и восхищении. И вот, не прошло и года, как все вернулось на круги своя — Лусия торжествовала, а ее соперница была повержена. «Пусть знает, что он теперь со мной», — злорадно думала женщина, делясь направо и налево своими восторгами в отношении графа и страстно желая, чтобы рано или поздно слухи об их связи дошли до Франсуазы. Возможно, это вынудит ее покинуть столицу, и тогда Лусия сможет всецело завладеть сводящим ее с ума мужчиной.
— Мне кажется, я сейчас умру от счастья, — промурлыкала она, слегка покусывая любовника за мочку уха.
— И лишите меня удовольствия снова обладать вами, моя несравненная? Вы не можете быть так жестоки, Чиа.
Женщина рассмеялась низким грудным смехом и приподнялась на локте.
— Да, Люк, вы правы, я действительно не столь жестока. И, что более важно, слишком эгоистична, чтобы отказаться от ваших ласк.
— Думаю, мы отлично подходим друг другу, — граф коснулся небрежным поцелуем щеки любовницы. — Но, мне кажется, уже давно за полдень, а я обещал сегодня быть к обеду у Нинон.
Испанка резко отстранилась от Люка и надула губы, став похожей на обиженного ребенка.
— Вы покидаете меня? Так скоро?
— Я вынужден, моя красавица, — граф встал с кровати и накинул на плечи рубашку. — Вы же знаете, что я всегда исполняю свои обещания, данные прекрасным дамам.
— О, да вы просто распутник! — с гневом воскликнула Лусия и запустила в него подушкой.
— Не ревнуйте, радость моя, — расхохотался он, наслаждаясь ее горячностью, — пока наши тела так согласны, клянусь, вы будете для меня единственной…
С этими словами Люк склонился к любовнице и, приподняв ее подбородок, прижался к полураскрытым губам примиряющим поцелуем.
_______________
* исп. сокращенное от Лусии.
Анженн.
Приехав в Париж, Анженн была буквально оглушена шумом, гамом, невероятным количеством людей на улицах. С превеликим трудом ей удалось разыскать дом королевского прокурора, мужа ее сестры Полин, который, как и большинство судейских чиновников, жил неподалеку от Дворца правосудия, на острове Сите, в приходе Сен-Ландри.
Улица называлась улицей Ада, и здесь еще сохранились старинные серые дома с остроконечными крышами, редкими окнами, лепными украшениями и водосточными трубами с головами чудовищ.
Дом, около которого остановилась потрепанная карета, запряженная двумя мулами, был не менее мрачен, чем соседние, несмотря на наличие на каждом этаже трех довольно высоких окон. На первом этаже находилась контора, на дверях которой висела табличка: «Мэтр Гроссо д'Арсе. Королевский прокурор».
Анженн ударила в дверь бронзовым молотком и с волнением стала ждать, когда ей откроют.
Аккуратно одетая толстая служанка в белом чепчике провела ее в прихожую, и почти тотчас же на лестнице появилась Полин. Она увидела карету в окно.
Девушке показалось, что в первое мгновение сестра хотела броситься ей на шею, но спохватилась, и лицо ее приняло отчужденное выражение. Впрочем, в комнате царила такая темень, что сестрам даже трудно было разглядеть друг друга. Они расцеловались довольно холодно.
Полин выглядела еще более сухопарой и длинной, чем прежде.
Госпожа Гроссо, кивнув в сторону служанки, провела Анженн в свою спальню. Это была большая комната, служившая одновременно и гостиной, потому что вокруг кровати с красивым пологом, покрытой одеялом из дамасской* ткани цвета янтаря, стояли кресла, табуреты, стулья и скамеечки. Анженн подумала, уж не принимает ли ее сестра гостей лежа, как парижские «жеманницы». Полин и в самом деле когда-то слыла умной и острой на язык девушкой.
— Отец писал мне, что отправляет тебя в Париж на поиски выгодной партии, — не дав Анженн даже оглядеться, перешла сразу к делу сестра. — И как он себе это представляет? Что я буду бегать с тобой по столице и знакомить с мужчинами? И чем ты сможешь заинтересовать их, кроме хорошенького личика и титула баронессы?