Окрыленная, она поднялась к себе в комнату, где тут же приступила к составлению списка гостей, которым следовало разослать приглашения. Все сливки парижского общества, все мало-мальски известные и имеющие влияние персоны вошли в него. О, этот прием должен был стать поистине грандиозным, чтобы после о нем судачил весь Париж, и она, мадам де Валанс-д'Альбижуа, несомненно, должна была стать его королевой!
В порыве беспричинной радости и сладостного предвкушения праздника Франсуаза решила послать приглашение и мадам Гроссо д'Арсе с сестрой, чтобы показать, что она желает навсегда забыть о том злосчастном обеде и возникшем между ними недопонимании. Кроме того, пригласив этих не имеющих представления о приличных манерах провинциалок, она тем самым продемонстрирует своему мужу, что готова идти на уступки и проявить некоторую покорность. Ну и, конечно же, это даст ей возможность посмеяться над скромными туалетами сестер и их непроходимой глупостью со своими утонченными приятельницами… «Да, прием сулит много развлечений», — с довольной улыбкой подумала Франсуаза и кликнула Изабо, чтобы отдать распоряжения насчет предстоящего праздника.
____________
* Арчетри — посёлок близ Флоренции, расположенный на холмах в 2 км к югу от города. В XVII веке здесь провёл свои последние годы Галилео Галилей, здесь же при жизни Галилея трудились и его ученики. Среди них был и Винченцо Вивиани.
** Иоганн Бернулли — швейцарский математик, механик, врач и филолог-классицист, самый знаменитый представитель семейства Бернулли, младший брат Якоба Бернулли, отец Даниила Бернулли, одного из создателей кинетической теории газов, гидродинамики и математической физики.
Люк. Лувр.
На следующее утро после неожиданного визита в Паради сестер д'Арсе граф де Валанс-д'Альбижуа отправился в Лувр, где ему предстояло уладить одно очень важное дело. Во дворце размещались многочисленные учреждения: Королевская библиотека, Королевская академия наук, Французская академия, Королевские академии живописи и архитектуры, Королевская академия надписей и медалей, Королевская типография. Нижний этаж Большой галереи Лувра занимали Монетный двор и мастерские. Там же находились квартиры придворных, священников, художников и ремесленников короля, которые со своими семьями и слугами составляли разномастное население королевской резиденции. И во всей этой поистине вавилонской сутолоке графу предстояло отыскать мэтра Валантэна Конрара, секретаря Французской академии.*
Миновав Зал древностей и библиотеку, Люк поднялся на второй этаж и неспешно двинулся по коридору, изредка останавливаясь, чтобы полюбоваться картинами, в изобилии развешанными по стенам. Он никуда не торопился: вряд ли достопочтенным академическим мужам придет в голову мысль покинуть гостеприимные стены Лувра до вечера, а мэтр Конрар, по слухам, и вовсе частенько ночевал здесь, увлеченный своими научными изысканиями. Его поистине фантастическая работоспособность и преданность идеям Академии уже давно стала притчей во языцех.
Мимо де Валанса то и дело сновали расфранченные щеголи и скромно одетые клерки, которые, мельком взглянув на высокую фигуру графа, элегантно опирающегося на массивную трость из светлого дерева с золотым набалдашником и облаченного в красный муаровый плащ, расшитый большими бриллиантовыми цветами, тут же низко склонялись перед ним, интуитивно угадывая знатного вельможу. Под воротником бархатного камзола мужчины виднелась цепь из золотых пластинок, усыпанных алмазами, какие стали носить при Людовике XIII выдающиеся военачальники, на драгоценной перевязи висела шпага, чей золотой массивный эфес был украшен россыпью мелких бриллиантов, а на рукояти, переходящей в навершие, сверкала голова льва, державшего в широко распахнутой пасти огромный рубин. Несомненно, Люк имел вид величественный, и тем, кто был случайным свидетелем его визита в Лувр, оставалось только гадать, кто этот роскошно одетый незнакомец с поистине королевской статью.
Наконец граф де Валанс-д'Альбижуа увидел в людском водовороте знакомое лицо и негромко воскликнул, улыбнувшись:
— Сеньор де Сент-Аман**!
Кудрявый крупный мужчина, уже в летах, но все еще сохраняющий свежий цвет лица и задорные искорки в темных, хитро прищуренных глазах, направился к нему навстречу и радостно затарахтел:
— Мессир де Валанс! Какая неожиданная встреча! Что, позвольте осведомиться, заставило вас покинуть ваш сладостный край трубадуров и прекрасных дам и осчастливить своим приездом столицу? Помнится, вы не особо-то жаловали Париж и то сборище варваров, что наводняет его, делая, по вашим словам, пребывание в нем невыносимым.