Она, вспыхнув, опустила глаза.
— Теперь водите вы! — воскликнул вездесущий Шемро. — Пардайан, хватит любезничать, завяжи мадемуазель д'Арсе глаза!
— Как вы узнали меня? — проговорила Анженн, пока маркиз затягивал кончики газового шарфа у нее на затылке.
— Вы пахнете весной… — ответил он. — Я не перепутаю этот аромат ни с каким другим, — и Монтеспан накинул ей на голову капюшон, желая защитить девушку от порывов осеннего ветра.
Сильные руки молодого человека раскрутили ее, а после она услышала звук его удаляющихся шагов. Повязка плотно сидела у нее на глазах, и Анженн боялась, что ненароком упадет, отчего ступала по траве осторожно, словно по натертому до блеска паркету. Она слышала вокруг голоса, чувствовала легкие прикосновения чужих рук, но никого не могла поймать. Тонкий аромат женских духов сменялся тяжелым запахом амбры, которым благоухали кавалеры, звенящий колокольчиком девичий смех — азартными выкриками мужчин, и Анженн поняла, что окончательно запуталась, кто есть кто. Неожиданно она осознала, что не узнает даже маркиза де Монтеспана, если поймает его, ведь обилие рюш, лент и галуна присутствовало в костюме каждого из участвовавших в игре молодых людей.
Тут ее внимание привлек чей-то голос, и Анженн пошла на звук, вытянув вперед руки, пока не наткнулась на преграду. Мужчина, а в этом у неё не было никаких сомнений, осторожно, но вместе с тем уверенно придержал ее за талию, чтобы она не упала. Девушка испытала мгновенное облегчение — наконец-то она снимет с глаз этот шарф, который изрядно раздражал ее, лишая обзора, и в то же время недоумение — кем же мог быть тот, кого она поймала? Ее «пленник» был высок, много выше нее, ведь для того, чтобы коснуться его плеч, Анженн пришлось приподняться на цыпочки. Ни позумента, ни бантов — только плотный бархат, расшитый драгоценными камнями, чьи острые грани она чувствовала кончиками пальцев. Волосы незнакомца, длинные, шелковистые, были завиты крупными локонами… Кто же это? Вне всякого сомнения, она знала его, но это был не маркиз де Монтеспан и не один из его друзей.
Со всех сторон неслись нетерпеливые выкрики: молодые люди требовали, чтобы она назвала имя пойманного ею незнакомца, и Анженн решительно потянулась руками к его лицу. Мужчина едва ощутимо вздрогнул, когда она коснулась его щеки, а девушка уже легко провела по ней, с неожиданным волнением ощутив под пальцами рубец длинного шрама с неровными волнистыми краями, заходящего на твердый выпуклый подбородок и соскальзывающий на шею... Это было невозможно, невероятно, но она была почти уверена, что перед ней стоял граф де Валанс-д'Альбижуа. И теперь она поняла, что показалось ей знакомым — запах табака и фиалок, который всегда окружал его.
Анженн поспешно отдернула руки от лица графа и выпалила прежде, чем успела подумать о том, что должно последовать за ее догадкой:
— Мессир де Валанс! — а после, не удосуживаясь развязать узел повязки, просто стянула ее вниз.
Зеленые глаза девушки встретились со взглядом темных глаз Люка де Валанса, и она увидела, как по его губам скользнула мимолетная улыбка.
— Вы узнали, узнали его! — радостно закричал кто-то за ее спиной, и Анженн покраснела до корней волос, осознав, наконец, чего от нее ждут.
В замешательстве обернувшись, она увидела решительно приближавшуюся к ней Полин.
— Господа, — обратилась мадам Гроссо к компании, — это случайность. Господин де Валанс ведь не принимал участия в игре. Я, право, не знаю, должна ли моя сестра следовать в данном случае правилам. Не будет ли это… выглядеть неприлично?
— Нисколько! — захлопала в ладоши мадемуазель де Мейерей. — Это так мило! И кроме того, мадемуазель д'Арсе ведь правильно назвала имя того, кого поймала. Значит, она должна подарить поцелуй его светлости.
— Да, я придерживаюсь того же мнения, — поддержал ее Шемро, а вслед за ним и все остальные. Робкие протесты Полин и маркиза де Монтеспана потонули в одобрительном гуле голосов участников игры.
— Сударыня, — с едва различимой иронией проговорил граф над самым ухом девушки, заставляя Анженн взглянуть на него, — а как считаете вы?
Он приподнял уверенным жестом ее подбородок и заглянул в самую глубину затуманенных волнением глаз девушки. Анженн интуитивно почувствовала, что перед ней мужчина, покоривший немало женских сердец, и это на мгновение расстроило ее, а потом ей вдруг отчаянно захотелось, чтобы он склонился ниже и коснулся поцелуем ее полуоткрытых губ. Но граф де Валанс не двигался, терпеливо ожидая ответа на свой вопрос, а Анженн не смела прямо сказать ему о том, чего желает сейчас больше всего на свете. Более того, она умерла бы от смущения, если бы он догадался о тех чувствах, что владели ею.