Широкая галерея было разделена золочеными перегородками на три части. В средней из них было устроено возвышение, покрытое коврами, вокруг которого стояли бархатные кресла, предназначенные для самых высокопоставленных гостей. Вдоль стен были устроены галереи для зрителей и еще одна галерея для оркестра, состоявшего из 24 скрипачей, 6 гобоев и 6 флейт. Все это торжественное великолепие освещалось громадными хрустальными люстрами и жирандолями.
Бал открывался бранлем, который блистательная Франсуаза де Валанс-д'Альбижуа танцевала вместе с мужем. Исполнив свой куплет, они остановились позади выстроившихся пар, каждая из которых после них танцевала бранль по очереди. И так происходило до тех пор, пока хозяин и хозяйка дома вновь не стали первыми.
Затем последовали гавот и менуэт, по окончании которого граф де Валанс сел в кресло, стоявшее на возвышении. К нему тотчас подошел господин д’Эстре и, отвесив ему низкий поклон, пригласил мадам де Валанс на следующий танец. Анженн услышала голос мессира де Мелёна, который все это время был ее неизменным партнером:
— Похоже, граф Тулузский воображает себя королем.
— Думаю, вы ошибаетесь, — запротестовала Анженн. — Скорее всего, его просто утомили танцы.
— Я очень редко ошибаюсь, мадемуазель, — виконт со значением улыбнулся.
Бал продолжился курантой, которую начали хозяйка дома и граф д’Эстре. После Франсуаза де Валанс-д'Альбижуа пригласила господина де Мелёна, а мессир д’Эстре — супругу Франсуа де Гриньяна, Клэр. Все постоянно менялись парами, и, таким образом, с Анженн перетанцевали почти все приглашенные гости. Все, кроме графа де Валанса, удалившегося во время сарабанды, на которую Анженн вновь пригласил виконт де Во.
Во время антрактов между танцами общество угощалось фруктами и конфетами. Кроме того, в галерее был устроен гигантский буфет с винами, ликерами и прохладительными напитками. Но главной сенсацией вечера стал огромный белоснежный торт, представлявший собой настоящий сказочный замок со множеством башенок, лесенок и стрельчатых окон. Три террасы, опирающиеся на арочную галерею, опоясывали его. И все это великолепие покоилось на подушке из кремовых роз. Этот шедевр кулинарного искусства было видно со всех концов бальной залы, и он служил темой для самых жарких дискуссий. Мессир де Мелён, сверх всякой меры восхищенный им, поведал Анженн, что непременно прикажет своему повару создать нечто подобное, когда его резиденция в Во-ле-Виконт будет, наконец, закончена, и он устроит там по случаю новоселья прием.
— Мой повар, Ватель***, он гений! Думаю, ему под силу будет создать и более величественное сооружение, — восклицал он. — И хотя праздник, который устроили сегодня мессир и мадам де Валанс, будет трудно превзойти, я приложу для этого все усилия. Кроме того, непременно приглашу его величество c молодой супругой на это торжество, если их свадьба с испанской инфантой все же состоится.
Анженн бросила на виконта удивленный взгляд. Пригласить короля на прием в свой замок? Видимо, господин де Мелён занимает очень высокое положение при дворе. Интересно, какое? И почему его так заинтересовала она, Анженн? От этих мыслей ей стало тревожно, и, попросив прощения у своего кавалера, девушка по окончании танца отошла к буфету, где услужливый лакей протянул ей бокал ледяного шампанского. Поднеся бокал к губам, она вдруг услышала:
— Мессир Фуке!
От звука этого имени, с которым у нее было связано так много неприятных воспоминаний, у Анженн по телу прошел озноб. Она что есть силы сжала в руках бокал и оглянулась в поисках господина суперинтенданта финансов. Ей отчего-то казалось, что это будет обрюзгший старик с неприятным пронизывающим взглядом, похожий разом на змею и на жабу. Каково же было ее удивление, когда она поняла, что ее обаятельный партнер по танцам, остроумный и жизнерадостный мужчина, на которого обращали внимание все без исключения дамы на этом приеме, и есть тот самый человек, перед которым во время Фронды склонялись сильные мира сего…
________________
* Ренар — герой французской средневековой сатирической эпопеи — «Романа о Лисе», памятника французской городской литературы конца XII–XIV вв.
** Что лилия между тернами, то возлюбленная моя между девицами («Песнь песней»).
*** Франсуа Ватель — французский распорядитель швейцарского происхождения на службе у Николя Фуке, затем у принца Конде. Считается одним из родоначальников кейтеринга. Ему приписывается изобретение десерта — крема Шантийи.