Иса прерывисто вздохнул и подумал о том, что теперь и Оса не стало. И жить без него будет не только трудно, но и печально. Юноша прощально прижался к надгробию, а затем, не оглядываясь, побрёл прочь.
3
Через несколько дней после возвращения из Еврона у Исы произошла поворотная встреча, круто изменившая его судьбу. Вернее, то была даже не встреча, а случайное пересечение маршрутов, которыми двигались юноша и его старый знакомый лекарь Бато – тот самый великан, что лечил его от простуды.
Иса, спеша на базар, едва не налетел на Бато. Лекарь шёл
наперерез ему с каким-то старичком, у которого изо рта торчал клык. Впрочем, гигант пропустил мимо глаз тот мимолётный контакт, поскольку с раннего детства Иса сильно изменился. Зато юноша моментально опознал Бато: тот хоть и постарел, но был, что называется, узнаваем.
Знахарь на ходу обменивался репликами с дедулей и, конечно же, тянул за собой неизменную тачку. Иса хотел было поздороваться с Бато и поблагодарить за давнее лечение, но прерывать беседу взрослых было невежливо, и потому он двинулся за парочкой параллельным курсом в ожидании удобной паузы.
– Спаси тебя Бог, Бато! – признательно говорил ему клыкастый. – Зуб у меня зажил. Вот, поманеньку кусаюсь и чавкаю.
– Я очень рад за тебя, Барух, – отвечал ему лекарь.
– Может, заглянешь ко мне? – предложил дедуля. – Мне приятно будет тебя угостить.
– Благодарю тебя, Барух, но меня ждут у Саула: что-то дочка у него прихворнула.
– Тогда, может, переночуешь у нас?
– Спасибо, но я уже устроился на постоялом дворе.
– А завтра?
– Завтра я буду уже далеко. Завтра с первыми петухами я отправлюсь на север.
– Куда на этот раз?
– Давненько я не бывал в Греции…
– О! Далеконько…
Так и не дождавшись окончания диалога, Иса повернул обратно, поскольку базар он уже миновал.
4
Возвратившись домой, Иса первым делом вознамерился рассказать маме о том, что он видел Бато. Однако, она его опередила.
– Умничка моя, – сказала она, – присядь и выслушай меня. Хорошо?
– Хорошо, – согласно кивнул ей сын, садясь на свою лежанку.
– Исочка, – вкрадчиво сказала мама, присаживаясь рядом, – чтобы жить, нам надо иметь доходы. С Осом всё было проще…А на моём шитье сыт не будешь. Было бы славно, если бы и от тебя было подспорье.
– Ишаку понятно, – пожал плечами тот. – Что надо делать?
– У моей подружки Руты есть брат Илия, – обняла его мама. – Он кожемяка. Выделывает кожу и шьёт из неё одежду. Он согласен взять тебя в помощники.
– Мам, так я никогда этим не занимался, – отстраняясь, возразил Иса.
– Научишься.
– Да не хочу я быть этим…кожемякой!
– А кем хочешь?
– В плотники пойду. Или в каменотёсы.
– Ну, самостоятельно ты, до поры, не сумеешь. А есть, кто тебя возьмёт в подмастерья?
– Пока нет.
– Вот видишь. А время не ждёт…
– Завтра начну искать.
– Искать…Но почему ты не хочешь идти к Илие?
– Потому! Хы, кожемяка…От них воняет, как от козлов!
– Работа пахнет, а деньги – нет. У Илии ты неплохо бы получал. И мастером стал бы.
– Да чего ты пристала с этим Илиёй?! – вспыхнул раздражением юноша. – Илия, Илия… Погоди, – насторожился он. – Это не тот дядька, что три раза приходил к нашей пещере?
– Ну, да…Тот, – отчего-то смутилась Ма.
– А-а-а, – ехидно сказал Иса. – Тогда всё понятно! То-то ты с ним…это…ворковала…
– Сынок, выбирай слова! – возмутилась мама. – Как ты со мной разговариваешь?!
– А чего?! – вскочил с лежанки тот. – Небось, уже и замуж за него собралась?
– Иса! – вслед за сыном поднялась с лежанки Ма. – Я в трауре, а ты такие гадости говоришь!
– Так траур имеет обыкновение кончаться, – в несвойственной
ему едкой манере парировал мамин аргумент юноша. – А потом что? А? Уже забыла про Оса?! Все вы Ма одинаковы!
– Я тебя целый год ждала как манны небесной! – со слезами на глазах сказала ему мама. – Дождалась…Сынок меня позорит и поносит почём зря…Правда, как кушать захочет, к мамочке родимой бежит! Это он не забывает. Но то, что обучение бросил, что денежки на дороге не валяются – это он забыл…
Так впервые в жизни сын поругался с мамой.
Только к вечеру Иса помирился с мамой – не мог он жестокосердечно смотреть, как она плачет и переживает. Однако в вопросе о будущем поприще Исы они так и не нашли общего языка…
На закате мама разговорилась у входа в пещеру с соседкой о чём-то своём, о женском. Иса же обвёл жилище тоскливым взглядом. Дорогой его сердцу Ос покинул этот мир. Коза Дося тоже умерла по старости лет. Муру в период отсутствия Исы растерзали собаки. Карьера священника у него не задалась. Да и не могла сложиться. Близких перспектив самостоятельной работы у него не просматривалось. Потому сложившаяся ситуация словно выдавливала его из Арета…