Джон Корниш стоял на достаточном расстоянии, не двигаясь, прямо в тени стеллажа, почти прижавшись к полкам, будто боялся подойти к нам. Первым пришел от удивления Рэй и указал на Нортона.
— Д-да… Вызывали. Нарушен закон Равновесия. Это Химера — Нортон. Он влиял на сбежавших учеников с Начала — Бьянку и Кристофа Штадлер, причастен к исчезновению Архивариуса…
Рэй забыл имя и начал щелкать пальцами Стефану, призывая к помощи.
— Архивариуса Гиллиана и ученика с Начала Эдварда Харпа…
— Да, спасибо! — Выдохнул Рэй и тут же продолжил. — Я и моя ученица, — Кивок в мою сторону. — Прикреплены к делу номер… не помню… Короче, мы ищем сбежавших учеников Бьянку и Кристофа Штадлер. Нортон причастен к их исчезновению. Мы нашли Бьянку, которая дала информацию и мы вышли на него. Нортон пытался не только влиять на детей, но и помогал закладывать душу несовершеннолетним, создал свой шайку, напал на Инквизиторов, и держал мою… ученицу в заложниках.
Речь Рэя была путанная, он повторялся, запинался, с трудом подыскивал слова и чуть не сказал «жену», вместо «ученицы».
— Хорошо… Хорошо. — Пробормотал Архивариус. — Мы тогда разберемся со всем, как его допросим. А… вы сказали, девочка у вас. Где она?
Корниш начал оглядываться.
— Она не здесь. Мы ее спрятали в надежном месте. — Грозно ответил Стефан, будто говоря: «Не лезь. Не твое дело!»
Он явно не хотел отдавать еще и Бьянку Сенату. Рэйнольд вздохнул и тихо произнес: «Мы ее завтра вам приведем».
— Но мне нужно сдать всех. Так надо… — Испуганно пробормотал Корниш.
Рэй тут же встрял, пытаясь поскорее закончить со всем:
— Мы завтра позовем Архивариуса и передадим девочку. Разберитесь сначала с Нортоном. А мы завтра отдадим вам Бьянку Штадлер, заодно и дадим показания для сдачи дела.
Ева нахмурила брови и внезапно спросила:
— Простите, а вы из какого отдела?
— Я? — Архивариус снова достал бейджик и зачитал: — Отдел расследования преступлений.
Внезапно Корниш затрясся и покраснел, практически став одного цвета со своей шевелюрой:
— Простите, я новичок. Сегодня только получил должность.
— Берут черт-те какого… — Не выдержал Стеф.
— Эй! А ты хоть дорогу до Сената знаешь? — Засмеялся над Архивариусом Нортон.
Мне внезапно стало жалко этого человека: даже преступник его не принимает всерьез.
Рэйнольд заклинанием начал срезать нити силка с Нортона, чтобы отдать Джону Корнишу из отдела расследования преступлений, замершему на месте и смотревшего на пойманного. И только последняя нить исчезла, Корниш как-то быстро и бесшумно скользнул к Нортону и поставил печать заключенных на руку. Парень бесшумно поднялся с пола и выжидательно встал напротив Архивариуса. Все было странно, быстро и беззвучно, будто галлюцинация. Внезапно мой дар встрепенулся и подал сразу несколько сигналов от нескольких людей. Ощущение было жуткое, будто я раздробилась на куски, состоящая из чужих колен, плечей, ног, органов, суставов: я почувствовала, как ныло затекшее тело Нортона, как у Евы была натерта мозоль, у кого-то болело колено и плечо, отдавало в печени. От этого всплеска у меня закружилась голова. На краткое мгновение все поплыло перед глазами и Архивариус растворился в воздухе, словно призрак исчезнув из нашего круга. Вместо него перед глазами возникла фигура подростка. Я крепко зажмурилась. Выдох-вдох. Сердце билось часто. Дар, словно радио, увеличивало «громкость», пока все резко не прекратилось чьим-то ударом в лоб. Я распахнула глаза и стала озираться. Все было как до этого: Клаусснер о чем-то недовольно разговаривал с Рэем, Нортон разминал ноги, легкими прыжками на месте, на его руке горела печать Сената, а Архивариус смотрел на словесную перепалку Инквизиторов, готовый вклиниться в их разговор. Я оглянулась на Еву — от ее мозоли все так же доносились слабые сигналы. Может, кто-то еще помимо нас есть на складе? Я начала озираться, но в темноте помещения среди пакетов и стеллажей никто не проглядывался. Что это было? Кто это был? На каком расстоянии эмпатия может распознавать боль?
— Нет! Послушайте! — Резкий голос Евы вывел меня из раздумий и заставил вернуться в реальность. — Никто никуда приходить не будет! Нам девочка нужна тоже. Я занимаюсь делом, в котором Бьянка тоже задействована! И я согласна со Стефаном, что глупо отдавать ребенка не расспросив, как следует.