— От меня. — Но тут я увидела, что в руке она держала небольшую темную коробку. — Сертификат — лишь прелюдия. Думаю, этот подарок будет самым дорогим.
Она протянула мне коробку. Я смущенно приняла её, удивляясь, что же там? Золото, бриллианты?
Но тихий смех Реджины подсказал, что я далека от разгадки. Жестом я пригласила ее присесть в кресло, но она отказалась, продолжая возвышаться надо мной в своем «рубиновом» платье. Понимая, что Реджина ждет, когда я открою подарок, я вскрыла коробку. На белом дне лежала стопка фотографий, где с самой верхней карточки на меня глядел подросток Рэйнольд Оденкирк со своей смешной лохматой прической.
— Ой! — Я непроизвольно начала улыбаться: эта фотография из его дела, которую однажды он показал мне.
— Да. Это из его дела. Тут я собрала все фотографии с Мириам и им, какие были у нас.
— У нас?
— Да! Я спрашивала у всех. Много фотографий с Мириам оказалось у Евы, кое-что было у Ганнов и Ноя. Некоторые я взяла из архива Сената. Я постаралась собрать, как можно больше. Хотела преподнести этот подарок Рэю на день рождения, но, во-первых, не успела, а, во-вторых, ты больше оценишь их, чем он. Тем более, у тебя уже есть, где хранить.
Она покосилась на фотоальбом Вари. Всё понятно! Они сговорились.
— Не сговорились! А сотрудничали. — Поправила меня Реджина.
Ее улыбка была искренней и любящей.
— Спасибо, — восхищенно прошептала я, перебирая драгоценные моменты из жизни любимого. Меня тогда с ним не было.
Поэтому эти фотографии были вдвойне ценными! Это было прошлое, которого я не знала, в котором меня не существовало для них.
Кадр сменял другой: Рэй подросток, Рэй серьезный в костюме, Рэй со всеми в форме Саббата, Рэй с недовольной миной и Мириам. Рассматривать каждую фотографию было очень интересно. Но одна очень удивила: на ней была мимо пробегающая я, чуть смазанная в кадре, но схваченная объективом, неэмоциональный Оденкирк, сейчас хорошо зная Рэя, я могу сказать, что он напряженный и недовольный, но тогда он мне казался отстраненным и загадочным. Рядом с ним стояла Ева, смотрящая в окно, и в центре довольное лицо Курта, делавшего селфи на фоне всех нас.
— Этот снимок Курт отсылал очередной своей девушке. Удивительно, что кадр сохранился в телефоне. Когда узнал, для чего я собираю фотографии, он вспомнил про этот момент. Я, конечно, не в восторге от фотографии, но это единственное, что осталось с того времени, когда ты только появилась у нас.
Реджина с любопытством смотрела на меня. Я же глядела на этот кадр и улыбалась: удивительно, как много открывается спустя время! А я ведь боялась этого насупившегося и недовольного человека. В моих воспоминаниях он был грустный и серьезный, а на фото я видела лицо, которое у Рэя появлялось, когда я вредничала с ним, испытывая его терпение и любовь ко мне. Судя по фото, это было после нашего поцелуя на чердаке. Я помню то синее платье на мне, которое всполохом успела схватить камера мобильного.
— Забавно… — Засмеялась я и взяла следующее фото. — Ой! Что с Рэем?
Реджина засмеялась. Фотография была странной: все были одеты в костюмы Саббата и ужасно недовольные. Мириам была вся красная, как рак, и смотрела злым взглядом! О Боже! Я знаю этот взгляд! Она сейчас была копией Рэя. Она насупившись смотрела прямо в камеру, губы ее были сплошной тонкой линией. На нее встревоженно косился Ной, что совершенно было не естественно для него — Валльде был слишком эмоционален на фотографии! Курт ухмылялся, Кевин смотрелся вообще щуплым напуганным мальчишкой. И Рэй — такой же злой, как Мириам, лохматый, с перевязанным ухом. Гордые, ничего не замечающие Артур и Реджина. Евы в кадре не было.
— Она плакала в этот момент в своей комнате. — Пояснила Реджина.
Я ничего не поняла. Видно, мне забыли рассказать эту часть истории Саббата.
Хелмак снова засмеялась:
— У Рэя шрам возле уха. Никогда не интересовалась откуда?
— Нет. Я всегда думала, что это получено на охоте или в бою…
Так! Что еще я не знаю? Реджина снова рассмеялась.
— Можно сказать, на охоте в бою. Это было первое знакомство Рэйнольда и Стефана. Клаусснер заклинанием чуть не лишил его уха. Да, тогда это было не так смешно… Мириам была в ярости, Ева рыдала, Ной считал, что все сошли с ума, а Рэй был доволен дракой. Сколько воды утекло… Какие же они тогда были дети!
— А где сам Стефан на фото?
— Он появится через несколько дней у нас. Ох, как же Мириам было трудно смириться, что обучение Рэя шло не так, как она предполагала. — Реджина задумчиво замолчала, уйдя в воспоминания, а затем горько произнесла. — Знаешь, Савов все-таки сделал одно хорошее дело.