Я с удивлением посмотрела на этого незнакомца. Химеры редко обращались за помощью к Сенату.
— Мириам! — Окликнул меня Леандер, и я снова вернулась в реальность. — Прошу прощения, что заставил ждать. Пожалуйста, проходи в кабинет.
Он был дружелюбен ко мне, в отличие от того, как он общался с мистером Савовым.
Я встала и проследовала за Архивариусом. Кабинет был знаком до чертиков. Здесь никогда ничего не менялось: ящики, два стола, лампа и телефон. Личные вещи? Только кружка Леандера с рисунком в шотландскую клетку. Еще я знала, что в верхнем ящике стола у него всегда лежат печенья и шоколад — маленькая слабость Архивариуса к сладостям. Наверное, все служители Сената имеют слабости, которые прячут в ящиках стола: не такие уж они и беспристрастные…
— Ты готова к тестированию?
— Да. — Кивнула я с сомнением.
Сердце тут же отозвалось и учащенно забилось. Наверное, Леандер что-то заметил по моему поведению, что тут же улыбнулся:
— Успокойся. Ты его пройдешь без проблем!
Он только что повторил слова Реджины, когда она меня успокаивала в своем кабинете, объявляя очередную дату тестирования. Из всех мне открывающихся возможностей, я выбрала вариант обучения, нацеленного на сотрудничество с Сенатом, как сделал Ной. Я отлично понимала, что хорошим охотником мне не быть. Я просто не смогу стрелять, бегать, выслеживать, быть в жутких условиях. Мне хотелось чистоты, комфорта и спокойствия.
И как только Рэй терпит это безумие? Вечные тренировки. Я горжусь им и завидую его целеустремленности! И мне было стыдно, что во мне этого нет. Поэтому я выбрала дело не по душе, а исходя от противного. Но мне страшно признаваться в этом, поэтому нагло вру, подключая свой дар, чтобы брат думал о том, как я счастлива.
Стук в дверь меня испугал. Не дожидаясь ответа, этот незнакомец "Савов" заглянул и спросил:
— Простите, вы сказали о доступе, а у меня будет инструктор?
— Конечно. Мы вас известим, как найдем человека.
Незнакомец кивнул, а затем посмотрел на меня. Его взгляд чуть дольше, чем положено, задержался на моих ногах, которые выставляла напоказ моя юбка. Леандер это заметил и раздраженно обратился к незнакомцу:
— Всё или вы еще что-то хотите спросить?
— Да. Еще один вопрос.
— Хорошо. Я вас слушаю… — Терпеливо произнес Архивариус.
Но незнакомец повернулся ко мне и нагло спросил:
— Латте, эспрессо или капучино — что вы любите?
— Мистер, Савов, выйдите, пожалуйста! Этот вопрос вы сможете обсудить после тестирования мисс Оденкирк.
И захлопнул дверь. Леандер был весь пунцовый от смущения.
Я же сидела и не могла понять: понравилась мне эта бесцеремонность или нет? Мне не лестно было внимание незнакомца, но и не ощущала раздражения.
Я осознавала одно — он был мне симпатичен до того момента, пока я не увидела знак Химеры.
— Леандер, а можно спросить?
Он вопросительно посмотрел, нерешительно замерев на месте.
— А зачем этот мужчина сюда приходил? Что за разрешение на доступ, если это не секрет?
Леандр хмыкнул:
— Это Виктор Савов. Парень хочет обучать детей на Начале.
— Он же Химера.
Архивариус сначала подумал, а затем, как всегда, дал четкий разъясняющий ответ:
— Мириам, мы проверяем каждого, прежде чем подпустить к детям. Поверь, этот парень безобиден.
Сегодня был тест на логическое мышление: часовой бред, в котором «некоторые улитки являются горами», «все крокодилы умеют летать», а «вороны собирают картины» значит ли, что «сосны и ели не являются двумя полянами».
Выберите правильный ответ.
Только плохие люди обманывают или крадут. Мэри — хорошая.
* Мэри обманывает
* Мэри крадет
* Мэри не крадет
* Мэри обманывает и крадет
* Мириам сходит с ума. И она любит капучино.
* Ничего из вышеперечисленного не подходит.
Реджина предложила пойти в Сенат и стать помощником. Мой дар можно использовать на допросах, убирая страх, а также при процедуре отключения эмоций. Многие Инициированные проходят через это. Убирают неприятные воспоминания, а вместе с ними эмоции. Мой дар поможет охотнику или Архивариусу забыть страшные моменты и жить дальше, может помочь успокоиться и расслабиться новичку, сплотить коллектив или умереть счастливым на костре.
«Суррогатная» радость… Все крокодилы могут летать. А Мэри — хорошая.
Как объяснил Ной, эти тесты должны составить картину для Сената, кто я, чтобы было более понятно, что мне можно доверить, а что нет. Сейчас я ничего бы себе не доверила.
Сдав бумаги, я ощущала лишь одно: как у меня разрывается голова от боли. Надо попросить таблетку. Но я просто перенапряглась. Мне нужен свежий воздух.