Он усмехнулся. Было ясно, что этот немец ему понравился. От предательства я нервно заерзал на стуле.
В этот момент из кабинета вышли Матеуш и этот, похожий на испанца, немец. Я смотрел на Грасса, отметив, что на нем простые вещи, но стильные. Будто он сам был родом из детективных историй. Не хватало только шляпы. Матеуш Грасс разительно отличался от Варлака: собранный, молчаливый, с пронзительным взглядом. Удивительно, что он был лучшим другом этому психу. Немцу повезло. Его, наверное, не заставляли спать на матраце, терпеть сарказм и уничтожение твоих вещей, будто стирание личности, его не ждало мытье машины в наказание за мало-мальский проступок, в его жизни не было адских тренировок и голода, запаха лагера и дешевых сигарет, общение с таким сбродом, которого ты никогда не хотел бы знать, и он не выслушивал жуткие истории, от которых тошнило, что даже ночью они снились в кошмарах. Список можно было продолжать и продолжать…
Мой взгляд перехватил немец — неприятный тип. Он смотрел на меня с некой брезгливостью и ненавистью. Жаль, что я ему только нос сломал с легким сотрясением мозгов. Хотя… Судя по яростному взгляду, он редко получал такую взбучку. Я наигранно отвернулся в окно, почувствовав, как заныли мои синяки.
Внезапно в воздухе запахло томной сладостью розы, а затем вплелись еще незнакомые терпкие нотки, и через мгновение я узнал аромат — духи Реджины, которые за секунду до ее появления заиграли ярче, и вот она вошла. Грациозная, статная, красивая и злая. За ней мягкой поступью следовал мужчина с длинными волосами забранными в хвостик и густой бородой. Глядя на него, так же как и на Реджину, нельзя было дать точного возраста.
Реджина цепким взглядом осмотрела присутствующих, чуть остановив внимание на моем восстановленном, но забинтованном ухе, на побелевшем, но уже целом носе немца, на виноватых Матеуше и Варлаке. Но первый, кто произнес слово в повисшей тишине, к моему удивлению, был сам немец. Он внезапно расплылся в придурковатой восхищенной улыбке, будто к нему пришел сам Санта на Рождество, и глупо что-то протянул на итальянском.
— Здравствуй, Стефан. Я тебя не забыла. — Произнесла она с улыбкой, а я чуть не закашлялся в гневе: ну просто здорово, они знакомы!
Еще раз жаль, что я ему только нос сломал…
Но не только я был удивлен. Стоило второму мужчине, открыть рот, как вышел Архивариус и, поздоровавшись под предлогом обговорить конфликтную ситуацию, завел всех в кабинет. Я и немец остались наедине друг с другом.
— Ух! Наверное, сейчас нашим достанется! — Внезапно обратился он. — Ведь додумались! Стравили нас, как двух собак! А ты… ничего. Сильно брыкаешься!
Он смущенно засмеялся. Я с удивлением заметил, что вся его враждебность ко мне куда-то испарилась. Немцу зачем-то понадобилось завязать со мной дружескую беседу. Я недоверчиво покосился.
Поняв, что его дружелюбие было не засчитано, он вздохнул и взлохматил, как делал я, свои черные густые волосы.
Я же невольно отметил, что Мириам незаслуженно называла меня лохматым. Она просто не видела этого немца!
Пока я молчал, парень сел рядом со мной и начал что-то искать в карманах.
— Будешь?
Я покосился на него и тут же увидел протянутую им пачку сигарет. Хотел ли я курить? Да. Но хотелось не из-за желания дозы никотина, а как подтверждение, что могу себе это позволить. Почему-то я чувствовал, что моя гордость была задета: мне отрезало ухо, а ему лишь личико повредило и чуть сотрясло мозги ударом журналом. Его починенный нос продолжал болеть, отдаваясь в челюсть, я сильнее стал отгораживаться даром, игнорируя немца с сигаретами.
— Ну как хочешь. — Заключил он и убрал пачку. — Мне Матеуш сказал, что надо посторожить квартиру, пока сгоняет за жратвой. Будто за ним слежка идет. Мол, хотят одну вещь выкрасть.
Я скептично хмыкнул и не сдержал сарказма:
— И ты поверил?
Вот идиот! Я и то врубился сразу, что дело не чистое!
— Да! Поверил! Матеуш никогда меня так не подставлял! За ним такого не водилось.
Класс! Еще одно подтверждение догадки, что это была больная идея Варлака.
— Много слышал о Варлаке. Это правда, что он своих учеников заставляет туалеты чистить, как в армии?
— Издеваешься? — Я сжал от злости кулак.
Но на лице немца было удивление:
— Нет! Что ты! Я просто спросил!
Я отвернулся, чтобы немец не прочитал мое унижение на лице.
— Видно тебе с ним не сладко… А говорили, что он крутой! Короче, еще один двуличный ублюдок. — Горько произнес Стефан.
Я с удивлением покосился на него. На его лице застыло какое-то болезненное выражение, что будто не меня унизили, а его.
— Может, кто и чистил туалеты, но не я… Мне пока доставалась только его машина. — Я попытался отвлечь немца и защитить Варлака.
Немец поймал мой взгляд. Что-то незримое прошло между нами, какое-то инстинктивное понимание, что мы друг другу не враги.
— Зато, как я слышал, он не боится вас к Химерам брать. — Как-то огорченно с толикой зависти произнес немец.
Я заинтересовался. Странное любопытство!
Я пошарил по карманам и нашел шоколадный батончик, который дал мне знакомый Архивариус, когда увидел меня всего в крови, и протянул немцу:
— Будешь?
— О! Класс! Спасибо! — Он забрал шоколадку и переломил на две неровные части. Большую отдал мне. — Я Стеф. Стефан Клаусснер. А ты?
— Рэй. Рэйнольд Оденкирк. Но в свете последних событий можешь называть меня Дамбо.
Стеф оценил шутку и засмеялся, обнажив свои ровные зубы, которые за счет чуть смуглого цвета кожи, смотрелись белоснежными.
— Слушай, Реджина Хелмак твой Светоч? Так?
— Так.
— Значит, ты из Саббата.
— Угу… Что? Хочешь к нам? — Усмехнулся я.
Но Стефан не заметил.
— У вас учится Ева Валльде? — Напряженно произнес он, глядя на лежащий на полу стул, который так никто и не поднял после моего магического удара по нему.
— Да. А вы знакомы?
— Угу. — Закивал он, а затем неожиданно продолжил. — Мы с ней встречались на Начале.
— Да ладно!
Я смотрел на немца и не мог поверить.
— Что? Не достоин ее? — Горько ухмыльнулся на мое замешательство Стефан. — Наверное, ее парень чопорный, как жердь, в костюмчике ходит, весь такой правильный…
— Нет. Я удивился, что у нее вообще был парень! — Произнес я и тут же спохватился. — Нет! Я знаю, сестра говорила, что у нее был парень! Но я не думал…
— Что это был такой, как я! — Закончил Стефан за меня, зло улыбаясь и кивая в ответ. — Нам все говорили, что мы не похожи на пару! А ты случаем не запал на нее?
— Что?
— Она красивая!
— Да пошел ты! — Взорвался я, удивленный ревностью немца.
Мне уже не нравилось, куда зашел наш разговор. Этот Стефан такой же псих, как и Варлак!
— Ладно! Прости меня, чувак! Я не хотел. Мы хоть и расстались, но все еще ревную ее.
Я не понимал его и этих перепадов настроения. Но мне его было жалко.
— Можешь не ревновать. Она подруга моей сестры, и как я понял по ее рассказам, с парнями у нее глухо. Всех отшивает.
— Понял. А ее брат тоже у вас?
— Да.
— Он все еще говорит так, будто с другой планеты?
Я не выдержал и засмеялся:
— Нет. Ну что ты! Иногда мы его понимаем.
— Слушай, расскажи про вашу школу. Как у вас обучение проходит? Это правда, что вас немного, но каждым занимается свой учитель?
Я задумался. Парень явно интересовался Саббатом и хотел к нам.
— Дай, пожалуйста, закурить.
Стеф ухмыльнулся и со словами: «А чего сразу отказался?» — протянул сигарету. Я зажег с помощью заклинания и закурил. Бинты стали раздражать, поэтому я нервно стал их срывать, при этом обдумывая ответ Клаусснеру. Я решил идти напролом: все-таки кое-чему я научился у Варлака, а именно, что любой человек может быть полезен.
— Я слышал, что тебя ждали Химеры, но ты стал Инквизитором. Так?
— Ну?
— Это заклинание, которое мне ухо отрезало. — Я кинул бинты в мусорку, чувствуя приятную свободу. Где висок я вспотел, поэтому воздух приятно холодил кожу. — Ты его у Химер выучил?
Стефан согласно промычал.
— У меня сестра Химера. Многому научила.
Он посмотрел на меня и в этот момент я понял: он знает, что я хочу, а я знаю, что он хочет. Кажется, у меня намечается хорошая сделка.