— Прости. — Извинялся я перед… Как ее? Эмма? Элла?
— Ты как? — Заботливо спросила она.
— Нормально.
— Тебе звонили недавно. Я не выдержала и выключила его. Голова итак разрывалась.
Я промычал в ответ, полоща рот под краном.
— А таблетка от головы у тебя есть?
В голове звенело на какой-то комариной писклявой ноте.
— Да. На окне. — Ответила Эмма-Элла.
— Спасибо!
Я, пошатываясь, направился в спальню. Это была квартира девушки. В ней было чисто, не хватало мебели и творился беспорядок. Кровать отсутствовала, вместо нее на пол был кинут матрас со скомканной простыней и одеялом. Пара стульев, заваленных вещами, зеркало, приставленное к стене, и маленький кофейный столик с пустыми бутылками из-под пива и пепельницей. Наша одежда была разбросана по полу, дополняя итак кошмарный вид обстановке. Будто притон какой-то.
Очередная попытка уйти от проблем в чужих объятиях и алкоголе. К противному вкусу во рту и хаосу в комнате, в душе было такое же чувство загаженности: и чем же ты отличаешься Оденкирк от своей мамаши?
— Мы живем в замке, не голодаем, у нас появились деньги, много денег. Разве не об этом мы мечтали?
— Не об этом! Мы мечтали уйти из дома! Уйти от проблем! Не становиться плохими!
— Но мы ими не стали!
— Мне кажется, мы теряем что-то… Я не могу это объяснить.
Тьфу ты черт! От воспоминаний об этом разговоре стало еще противней. Кажется, Мириам права…
Я подошел к окну и нашел таблетки. Запив их остатками колы, я стал подбирать вещи и одеваться. Возле кровати обнаружил свой мобильник. Включив его, телефон показал, три пропущенных. Один вчерашний от Стефана — видно, он потерял меня вчера на дискотеке, когда мы с Эммой-Эллой ушли, и два от Мириам. Через мгновение телефон снова ожил и запиликал. На желтом фоне имитации бумаги высветилось сообщение:
«Ма умерла».
В Мейронге было холодно. Но даже с тучами на небе и пронизывающим ветром, здесь было что-то особенное, что-то незримое. Старец приветливо позвал меня внутрь своего дома. По сундукам и полу было расставлено много свечей, которые давали свет и тепло. Я сидел на циновке и смотрел, как он своими морщинистыми, но уверенными руками наливает чай в пиалы. Возле меня стояла миска с какой-то коричневатой жижей пахнущей медом, старик назвал ее «цампа». Я поблагодарил, но есть не стал. Так же он достал сушеные ягоды, фрукты и имбирные печенья, только из-за которых, как он признался, выходит к людям.
— Мне их печет васа миссис Лонг. Через каждый тридцать дней она оставляет их у двери. Иногда она балует меня. Добрая зенсчина кладет мне яйца, овоси. А я ей эликсиры передаю и сборы трав для мисс Реджины.
Я смущенно кивнул, не зная, что ответить. Этот старик меня успокаивал. Его движения были медлительны, что казалось, я рядом с ним дерганая кукла на ниточках.
— Я иногда спускаюсь в деревню, чтобы купить мясо яка и молока. Но молодые люди слиском любопытны. Они, словно птицы, галдят, суетятся.
Я слушал тишину. Даже в Саббате было достаточно шумно: хлопнет дверь, кто-то пройдет, разговоры. Когда-то замок казался спокойным и безопасным местом, но Мейронг доказал обратное. Именно этот домик на озере — жилище тишины и времени.
— Мне нравится у вас тут. Спокойно…
— Беспокойное сердце всегда ищет пристанище, СюеШэн. Мейронг утешит всякого.
Я кивнул. Старик понимал, почему я сюда пришел.
— Так вы узнали значение своего имени, СюеШэн?
— Да… — Я достал листик, распечатанный на компьютере. — Рэйнольд. Имеет значение «господин», «правитель». Немецкое имя, образовавшееся от первоначальной формы Рагинальд, от слов старонемецкого языка: regin — «совет, решение» и waltan — «властвовать, господствовать». Уже в средние века имя было широко распространено. Имя популярно и в настоящее время. Характеристики… С раннего детства упрям, настырен, принципиален, задирист. Похож на мать… Учится отлично, развит не по возрасту, любит общество взрослых. Эгоист. В зрелом возрасте становится надменным, честолюбивым, хитрым и ревнивым, хотя очень обаятелен. Независим, стремится действовать по собственному усмотрению…
С каждым прочитанным словом мой энтузиазм иссякал. Под конец я вовсе стих, не желая читать продолжение. Хотя там было что читать! Автор явно постарался на целую страницу. Неужели он так хорошо знал Рэйнольдов или все Рэйнольды были похожи?
— Я не это хотел знать, СюеШэн. Кто вас так назвал? Почему было дано такое сильное имя? — Выдержав паузу, снова спросил старик.
Я почувствовал, как щеки заливает румянец. Мне было отчего-то стыдно.
— Нет… Я не знаю. Не успел спросить.
Наступила тишина, а затем тяжелый горький вздох старца.
— Нет ничего больнее, чем несбывшиеся надежды и не состоявшиеся разговоры. Они оставляют незаживающие раны.
На мои глаза навернулись слезы. Я чувствовал себя дураком, который обыграл самого себя.
Я только что, понял Мириам. Она в очередной раз догадалась своим наитием, как надо было правильно поступить, чтобы не остаться с «незаживающими ранами».
— И что мне делать теперь, Баи Лооши?
— Приходи сюда, СюеШэн. Мейронг примет всех нуждающихся. — Ответил старец, улыбаясь. Я улыбнулся в ответ, отметив про себя, что у него исчез акцент.