Последняя
Я, морщась, осторожно нащупывала стекло в коже и вынимала, поддевая ногтем. Жгло! Я пыталась вникнуть в суть разговора остальных, но боль была сильнее и не давала сосредоточиться. Хорошо, что дар эмпатии не работал, а то бы я уже выла от ран присутствующих. И все же, невзирая на боль, я чувствовала облегчение и радость: нас нашли! Моя семья кинулась на наши поиски и отыскала в этом чертовом лабиринте. Главное теперь — выйти отсюда живыми.
— И что нам делать? — Спросил Стефан.
Ответ прозвучал сухо и не уверено:
— Выйти из Лабиринта и звать Архивариусов.
И пока Ева рассказывала, что этот Лабиринт — непросто ловушка, а попытка демона выйти из-под контроля, я на ощупь вытащила еще пару стеклянных заноз. Царапины по всему телу неприятно зудели и пощипывали, синяки ныли. Проведя рукой по пояснице, я с тревогой отметила, какая она грязная и как колко отдаются при касании все ранки, оставляя на пальцах липкость от крови. Скажи, Мел, «привет» сепсису! Заражение крови убивает за двое суток. Так? Значит, у меня есть время. А вот у Евы, по-моему, не было. Хуже всех было ей. Я видела, как тяжело дается Валльде самоконтроль; был момент, когда она пошатнулась от слабости. Белый цвет лица, темные круги под глазами, лихорадочный блеск — всё говорило, что ей срочно нужен врач. Стефан это понимал, поэтому с тревогой на лице следил за каждым ее движением и поддерживал за талию, чтобы не упала.