3…
Пятый день.
И снова ночь без него. И опять навязчивое ощущение его присутствия. Но сам он молчит, не зовет. Дуемся друг на друга. Тоскливо. Держусь из последних сил только на одной злости. Лишь мельком за завтраком он роняет фразу о делах в Сенате, интересуется о моем здоровье, планах и наигранно любезно желает хорошего дня. Что это? Как это? Продолжаем друг друга терзать? Мое раздражение на него зашкаливает.
В спортзале появляюсь резко и решительно, чтобы отработать с Куртом приемы, не жалея себя и его, в тайне надеясь, что сюда «случайно» заскочит Рэй и увидит меня.
И Курт был прав, действительно, больно. От этих заклинаний остаются синяки, что даже защитные костюмы не помогают. С ужасом думаю о реакции Рэйнольда, когда он увидит мое избитое тело. Но разве я не этого хотела? Но, к моему огорчению, он так и не узнаёт о моих жестких тренировках — его снова нет весь день.
— Может, он специально прячется от меня?
Я уже скулю от своей беззащитности. Вместо того, чтобы наказать Рэя, я мучаю только себя.
— Не знаю. Возможно, избегает. — Курт впихивает мне в руки силок. — Молодец! Очень качественно сделано!
Я хмыкаю. Его похвала лишь ложка меда в бочке дегтя. Я уже три вечера подряд, как паучиха, плету вязи для силков по другому образцу, который мне дал Курт. И вот я добилась совершенства. По его словам, вязь Рэйнольда — сложная и многострунная, его же имеет меньше «струн», или нитей, но более тугих и широких. И этот секрет Курту рассказал кто-то давно, и кроме него и меня об этом теперь никто не знает. Теперь я «наследница секрета». И это было чертовски приятно! У меня появилось первое преимущество, как Инквизитора.
— Ты мазью мазала синяки?
Киваю. Эта чудо-мазь, которая когда-то спасла меня от зуда на запястье, теперь помогала мне каждый день при ушибах, не убирая, но снижая боль. И я все больше тосковала по своему дару, боясь признаться себе, что Рэйнольд в маленькой толике прав — я хоть и привыкла к боли, но не к длительному заживлению.
— Ты уверена, что хочешь? — Курт с мольбой в глазах смотрит на меня. Он явно боится гнева Рэйнольда, но и против меня не идет.
— Да. Хочу. Просто из всех, кто мной занимается в Саббате, ты единственный, кто дал мне больше всех в практике.
— А Рэй?
— Он? — Я чувствую себя неловко, будто выдаю нашу семейную тайную.- Он боится. Поэтому с ним только практика, слабенькие заклинания и тысяча и один способ защиты.
— Ясно. — Курт стоит и вертит цепь в руках, как нецелевой предмет, которым можно обороняться. — Ты готова?
Он снова спрашивает с надеждой в голосе. Я киваю. Моя задача на сегодня достаточно тяжела: Курт будет нападать, я должна защищаться, а затем приманить к себе цепь и с помощью заклинания заставить ее «напасть» на Курта. Вероятно, за сегодня я не освою. Главное — умудриться, не расквасить себе нос. Жаль, что к защитному костюму не предполагается мотоциклетный шлем. Господи помоги!