Боль стихает.
Возле меня сидит бледный, перепуганный Дэррил и смотрит с ужасом на мое запястье, которое он с остервенением зажимает в своих руках.
- Спасибо…
Он поднимает на меня взгляд и в них бездонный ужас. Я пытаюсь посмотреть, что осталось от моей руки, но она целая, хоть и залитая багряной кровью.
- Что это? – Сквозь темно-бордовую кожу читаются знакомые черные завитки. Не может быть! Я начинаю стирать одеялом кровь с недееспособной руки и вижу свой Знак. - Дэррил?
Он дышит часто, на лбу, будто бисер, блестят капли пота. Всё также мертвенно бледен.
- Дэррил, ты видишь это?
- Да…
- Что это? Как? Кто я?
На запястье читается такой знакомый и в то же время чужой знак: соединение Луны и Солнца. Я видела это у Кевина. А еще когда «взламывала» блок, поставленный Рэйнольдом: тогда знаки один за другим менялись на запястье, на мгновение проявившись в единое целое, но потом «потухло» Солнце, оставив мне Луну. Теперь на моей коже горели оба небесных светила, путаясь в завитках пламени и уходя в тройную линию браслета.
- Я не определилась? Что это значит, Дэррил?
- Нет. Ты определилась…
Я смотрю на свой знак, чувствуя приступ тошноты после такой адской боли и резкого ослабления. Одеяло липкое из-за расплывшегося бордового пятна, подушка вся тоже в разводах от того, что я во сне беспокойно дергала кровоточащей рукой.
Всё, что мне остается, только прошептать:
- Я теперь, как Кевин…
- Кевин?
- Кевин Ганн… Инквизитор, который был у Моргана. Он умел разгонять дары до максимума…
- А он разве жив? – Я резко вскидываю голову, глядя в лицо Дэррила. Друг сидит на кровати и смотрит на меня, как на нечто опасное. Он испуган, как и я.
- А разве нет? Я сдалась Сенату ради него, чтобы вылечить.
- Просто… Я слышал, что его убили месяц назад… - Дэррил трет озадаченно шею.
- Как убили? – Надеюсь, мне послышалось, или я неправильно всё поняла.
- Я сам толком не знаю… Слухи ходят… Не бери в голову! Люди слов наговорят море, а чистой правды – капля. Так что… Я узнаю про твоего Кевина. Говоришь, у него знак такой же был?
- Да. Реджина его выменяла на шпионку в Саббате – Кристен Деннард.
- Какая знакомая фамилия! – Ухмыляется он. Не удивляюсь, наверняка пересекался с Дэвидом в Калифорнии. – И Морган решил поменять Кевину знак…
- Не знаю, хотел ли он сделать Кевина Химерой или специально делал… Но получилось вот это.
Я снова смотрю на свой новый знак, который смотрится так на руке, будто давно уже был у меня.
- Объединение. Морган сделал объединение… Ладно! Давай, вставай! Нужно белье поменять и постирать. Миа, наверное, уже отключила маму. Нужно сделать так, что произошедшее ночью был ее сон.
- А как же рука? Она заметит мой знак.
- Предоставь это Миа. – Он почти выдергивает меня из кровати. Я была только в старой застиранной майке и трусах, Дэррил в каких-то черных штанах с голым торсом – теперь можно было рассмотреть всю его татуировку, которая начиналась от шеи и переходила на плечи и вилась до талии: хаос роз, черепов, латыни и чего-то еще. Мы, словно преступники, убирали место преступления, сдирая, будто кожу, испачканное постельное белье с кровати, комкая его и спускаясь с ним вниз к подсобке со стиральной машиной.
Дэррил явно переборщил с порошком, не глядя, сыпанув полпачки Тайда.
- Как ты думаешь, магия ко мне вернулась? – Мои руки были в крови, как и на майке красовались пятна. Нужно сейчас помыться и переодеться. Пока Дэррил молча впихивал ком пододеяльника, я прошла на кухню, решив проверить «излюбленным» способом: нужно нанести рану. Взяв в руки нож, я направила лезвие в кожу, почувствовав снова дурноту – боль от знака всё еще будоражила сознание, слишком мало времени прошло, чтобы ее позабыть.
Мел, успокойся! Это же только порез! Я не собираюсь себе отпиливать руку!
Но рука предательски начинает дрожать, а я задыхаюсь в собственном бессилии.
Ну же, Мел, чёрт возьми, сделай это!
- Хватит! Завтра проверишь. – Дэррил незаметно подошел сзади и выхватил из моей руки нож. – Я бы повременил на сегодня. Сейчас час ночи, нужно идти спать.
- Я не хочу… не смогу.
- Придется. От того, что ты сейчас себе руку повредишь - лучше не станет. Тебя никто не гонит, Мел. Запомни, всё должно быть вовремя. Иди и попробуй уснуть. Я сейчас тебе новое белье принесу.
С этим словами он исчезает в темноте дома, оставляя меня одну дрожащую от пережитого шока. Я, не веря, снова смотрю на свой Знак. Нет, всё тот же. Ничего не изменилось в нем.
Утро для меня началось позже. Ночной переполох вспоминался кошмаром, что даже не верилось, что это было, если бы не знак на руке. Проснувшись, я долго внимательно его изучала, будто я рассматриваю гнойную рану, оценивая степень риска и потерь.