- Кто она?
- Какая разница, ты ее не знаешь. – Он облокачивается на стол и устало трет глаза.
- Добро пожаловать в клуб разбитых сердец. – Я поднимаю бокал за него и делаю глоток вина.
Курт грустно хмыкает, сложив руки в молитвенном жесте и поднеся к губам, и задумчиво застывает, смотря в окно. Теперь моя очередь спрашивать брата:
- Можно, вопрос?
- Ну?
- Она Химера?
Он согласно мычит.
- Тогда ты влип.
- Почему?
- Потому что она тебя съест и не подавится. Это их сущность. Они ходят своими длинными шикарными ногами по инквизиторским костям, своими шпильками пронзают сердца, шепчут страстно, целуют так, что крышу сносит, и ты сам себе начинаешь казаться богом, а они - нечто прекрасное, неведанное, неземное. А потом, в какой-то момент, происходит выбор: либо ты, либо они. И эти женщины никогда не сделают выбор в твою пользу. Потому что они не умеет кого-то любить больше себя. На то они и стали Химерами. Поэтому то, что ты дал ложные показания – конечно, здорово, что ты защитил её, но если бы это произошло с тобой – сделала бы она то же самое? Смогла бы пойти против своих?
Я смотрю на опешившего Курта - как я его понимаю! Когда-то сам удивлялся своей решительности. И что в итоге? Меня съели, сожрали живьем. Притом еще до Моргана с его переменой знаков на моей руке.
- Ты думаешь, тебя отвергли? - Курт внезапно бьет по самому больному.
- Знаешь, в словах: «Я не хочу тебя видеть. Ты меня достал! Катись подальше» - по-моему, все четко сказано.
Я комкаю салфетку с колен и кидаю ее на стол. Боль в сердце начинает сильнее пульсировать, неконтролируемо разгоняя мою магию. В столовой повисает тяжелая тишина, я ощущаю кожей, как Курт смотрит на меня – ощущение нацеленного дула. Даже чувствую его смущенную притихшую энергию - я стал чувствительнее к кинетике.
- Ты сейчас на тренировку?
- Да. – Я разочарован. Еще один вопрос, который снова возвращает меня в бессмысленность моего пребывания тут.
- Есть прогресс?
- Нет.
Мой дар достиг небывалых размеров: могу менять и определять дары Инициированных в зоне видимости, так же могу пользоваться даром Курта – это эффект объединения Знаков. По уверениям Реджины, я стал подобен Древним, но всем мои попытки овладеть новыми способностями бесполезны. Если даром Курта могу пользоваться, как Древние братья и сестры, то контролировать распределение даров не могу. Не получается. Каждая тренировка всегда идет по одному и тому же плану - ровно пять минут: прихожу в зал, там меня ждет Реджина, Артур и еще кто-нибудь – может Стефан, может Ева, может Курт. Задача поменять двоим определенные дары. И каждый раз идет неконтролируемый сдвиг: все путается, мешается, и, в итоге, я отключаюсь от перегруза до следующего дня, где повторяется то же самое.
Я молча встаю из-за стола, понимая, что полезного от Курта не услышу, и иду в сторону зала, не для того, чтобы развить свой дар, а для того, чтобы отключиться. Так я коротаю свою жизнь. Одно жаль – не поел. Надо было в себя впихнуть хоть что-то. Иначе завтра сил еще меньше будет.
***
- Доброе утро! Оливия, просыпайтесь. – Я открываю глаза: надо мной стоит Янус хостела. Я медленно обвожу взглядом комнату: чуть лучше Карцера – в каждой комнате картина Божьего суда, телефон, холодильник со стандартным набором еды, из развлечений пара книг, оставленная другими Архивариусами, на столе пачка бумаг, канцелярский набор и мои записи по делу Шуваловой.
- Меня вызывают?
- Да. Вас просит подойти мистер Шишковский.
- Хорошо. Передайте: буду минут… через двадцать. – Он кивает и удаляется. Времени мало, а надо привести себя в порядок: почистить зубы, сходить в душ, одеться. Во-первых, надо собрать весь тот хаос, что устроила на столе из документов. Я кидаюсь и начинаю все складывать в папку.
- Вот увидите! Они уже среди нас. Морган уже начал осуществлять свой план…
И снова ее голос прорывается через блокировки памяти и отключение эмоций от воспоминаний. Почему она не дает мне покоя? Я постоянно возвращаюсь в тот день: холод, неприятный ледяной ветер. Мы поймали девчонку в Германии, недалеко от портала Саббата. Уже тогда мне показалось странным – слишком прохладно одета. Я теперь знаю, что Оденкирк был влюблен нее: я начала разматывать эту нить – в итоге, я нашла дело Саббата против Альфа, где они «делили» девушку. Возможно ли, что Саббат прикрывал ее? Означает ли поступок Оденкирка на аутодафе всплеском эмоций за то, что сжигали его возлюбленную? Так или иначе, это не отвечает на мой главный вопрос: как она сбежала из Карцера?
- Они заставили меня! Я не хотела. Против воли они выключили и вынесли меня из Сената. Морган и Гроховски – вот, кто организовал побег Савова. Им нужны мы были для Альфа, для другого брата Моргана, который хочет свергнуть Сенат. У Морганов целый план. Они уже воскресили Древних колдунов…