— Звезды говорят, что Изабелла Ягеллонка, дочь Сигизмунда Старого и жена венгерского короля Яноша Запольяи принесет мужу сына и наследника. По гороскопу Яноша Запольяи король умрет вскоре после рождения наследника. На венгерскую корону претендует Фердинанд Габсбург, но венгры его не любят, и поддержат сына короля Яноша. Если Сигизмунд заступится за внука, это повлечет охлаждение отношений с венским двором.
— Понятно, — сказал Вольф, — Покорнейше благодарим и откланиваемся.
— Погодите-ка. Я тут подумал, не составить ли на вас по гороскопу.
— На меня сразу раздумывайте.
— Наверное, можно, — сказал Ласка.
Он не особенно верил в предсказания, но мертвый дед указал дорогу, которая сразу привела к живой воде. Наверное, к некоторым предсказателям надо прислушиваться. Во всяком случае, к тем, кто действительно связан с колдовским миром.
— Шарый! — крикнул Твардовский, — Составь гороскоп на этого молодого пана!
— Какой? — уточнил Шарый.
— Да самый простой, на полгода-год, пока пан не ушел. Подробный досчитать всегда успеем.
— Это можно.
Шарый подошел поближе и посмотрел Ласке в глаза. От взгляда стало дурно, голова закружилась. Как будто не человечьи очи напротив, а два острых шила. Вольф даже приобнял друга за плечи, чтобы тот не упал.
— По глазам, господа хорошие, возраст человека виден как возраст дерева по годовым кольцам, — сказал Шарый, — А родился пан в Москве?
— В Москве.
— Вот прямо в Москве-Москве, в пределах окружной дороги?
— Немного за ней.
Шарый вышел и сразу же вернулся с большим листом бумаги, аккуратно исчерченным и исписанным. Наверное, это какая-то типовая заготовка, — подумал Ласка, — Не мог же он так быстро сделать расчеты.
— Перед паном открыто много дорог, — с удивлением сказал Твардовский, — В обозримом будущем пан возляжет с ведьмой, а в отдаленном будущем в жены возьмет девицу королевской крови.
— Я стану принцем или князем? — удивился Ласка.
— Пан возьмет в жены девицу, у которой среди предков было не меньше одного правителя, венчаного на царство, — ответил Твардовский, — Будет ли у нее титул, этот гороскоп не говорит.
— Ничего, что я обещал родителям, что не буду ложиться с ведьмами?
— Ведьмы не всегда интересуются мнением понравившихся мужчин, — пожал плечами Твардовский, — Грех под давлением непреодолимой силы отпустит любой священник.
— По моему путешествию что-то звезды видят? Я смогу привезти птицу и отдать отцу живую воду?
Твардовский сложил бумагу хитрым образом и показал Шарому. Шарый ткнул куда-то пальцем.
— Готовься пересечь море, — сказал астролог, — Кроме моря и ведьм на твоем пути правители христианского мира, другие правители, которые не христиане, люди, которые знаются с чертями…
Шарый хихикнул.
— … говорящие звери разного вида, люди, которые не совсем люди, змеи во множественном числе… Шарый!
— А?
— Ты точно посчитал? Не многовато выходит?
— Я-то что поделаю, — Шарый развел руками, — Пан нашего короля уже видел. И в Вену собрался, императора грабить. С чудищами и ведьмами у него, кажись, в текущем году уже что-то было. Было же?
— Было, — согласился Ласка, — Змей не было.
— Будут. И море будет. Звезды никогда не врут.
— Что мне со всем этим делать, звезды не говорят? — спросил Ласка.
Шарый усмехнулся.
— Встретишь понос — крепись, встретишь нечисть — молись, встретишь воина — рубись, встретишь девку — сам понимаешь.
Отличный совет. Вот сам бы не догадался.
— Сабля эта мне как-то пригодится?
— Когда порешать вопрос можно, снеся пару-тройку голов, то еще как пригодится. На худой конец, ее продать можно или заложить.
Издевается, харя серая. И гороскоп у него дурацкий. Где какое море? Что от Москвы, что от Кракова, что от Вены до моря месяц скачи — не доскачешь.
Недовольничать Ласка не стал. Вежливо попрощались и вышли. На улице Вольф сразу стал ругаться, хотя и вполголоса.
— Тебе на роду написано не от старости помереть, а на плахе. Ты когда последний раз что-то воровал?
— Лошадей у татар под Каширой.
— Лошадей у татар? — Вольф сказал это с уважением, — Ладно, зачет. Но где это видано, чтобы кто попало зашел к императору во дворец и стащил птицу? У него и охрана, и стены до неба. Ты же при всей своей удали не вор. Поймают тебя, да и казнят позорной смертью.
Ласка пожал плечами. Сколько видел воров, все жадные, злые и тупые. Воровать много ума не надо, если такие людишки с этого годами живут. До тех пор, пока не попадутся из-за собственной беспечности. Но Вольфу об этом говорить будет невежливо.