Они нарабатывают стаж в столице, плюс срок проживания. А через три года, если что, мы им поможем с покупкой своего жилья. И Чжун сможет хотя бы в старшую школу пойти в столице.
Главный минус: все три года братишке придется жить с бабушкой и дедушкой, практически не видясь с родителями. Стоит ли оно того? Вот посовещаемся все вместе и решим.
Зачем это мне? Очевидно же: кровные родственники, еще и люди хорошие — такие на дороге не валяются. И еще эта ветвь клана Ли совсем не похожа на людей, забывающих добро. На них можно будет положиться в (далеком) будущем.
Ко всему прочему, мне не по себе от того, что я по съемочным площадкам разъезжаю, а честный брат Чжун помогает бате в порту. Этот ребенок достоин большего.
К предкам мы буквально на пару дней приехали. Точнее, на два с половиной дня. Вечер в день приезда тоже стоит учитывать. И даже так — на действия по вправлению мозгов в сестрицу слишком мало времени.
В сам праздничный день такое столпотворение, что остаться не на виду проблематично. Да и праздник портить… Не, свинство это.
Год белой металлической Змеи клан Ли встречал в обновленном составе. Один из молодых мужчин женился. В семье другого родилась дочь. Вроде как хотели сына, но теперь, глядя на успехи А-Ли, рады и девочке.
О здоровье прадедушки стараются не упоминать. Застолье вообще не место для разговоров о грустном или проблематичном. Надо радоваться, есть и пить. О, и еще новогодний концерт смотреть.
Поводов для радости (основных) в семействе два: мои невероятные успехи и рождение еще одной малышки Ли. Теперь и у Мэй-Мэй появилась своя мэймэй — младшая сестра.
В беспечальном многоголосье к нам приходит Новый год.
День после Нового года — это как раз день, когда дом почти пуст. Взрослые навещают почивших предков, дети предоставлены сами себе. И вечно занятой бабулечке.
Болтаем с Чжуном обо всем и ни о чем. О том, как братцы-кролики переметнулись от сестрицы-лисицы. К знаменитости подкатить удумали. Может, виной тому презенты. Или же можно допустить, что моя слава так ярко засияла, что у пацанят открылись глаза.
Я склонна полагать, что с мелкими провели разъяснительную работу их родители. На тему: «С кем дружить нынче выгоднее».
Их мы не шпыняем, но и не рвемся принимать парочку в свою компанию. Нам и вдвоем нескучно совсем. Чжуна распирает от желания заманить Бинбин в подвал (кто за что боролся, тот на то и напоролся), а там устроить новое — свеженькое — явление демона. Упирается в повод: на то, что именно в подвале дедуля прячет сладости, сестра-песец не повелась.
— Брат, давай без демонов? — хмурюсь. — В этом году. А то тогда мы призывали одного…
— И ты стала, как демон! — восхищенно сказал Чжун. — В дораме. Мы все-все серии смотрели, а те, где ты — потом пересматривали.
— А еще мне кажется, что со мной подружилась одна… — живо вспоминаю мертвые акульи глаза. — Демоница. Давай пропустим год, ладно?
С меня хватит одной неугомонной подруженьки. Шуфэн, конечно, классная, но даже для меня она чересчур странная. Еще одну такую моя детская психика может не перенести.
— Да ладно? Расскажи?
Ли Чжун, в том году удививший меня своей рассудительностью, всё же ещё такой ребенок. Сказала двухлетка…
Пересказываю брату наши садиковские приключения. Про кино ему тоже охота узнать. Говорю так много, что язык устает.
— Не можешь не хвастаться? — заявляется с той стороны, где курочки, Бинбин.
— Завидуешь? — вскидывает подбородок честный брат.
И, пока сияющая пакость на него фырчит (полярные лисы же фырчат, да?) я успеваю произвести обходной маневр. Прищепка крепится очень легко — проверено.
— Змея! — вскрикиваю.
Малость наиграно, но сестрица ведется.
— А-а-а-а-а-а-а!
Знала, вот знала, что пригодится мне снова змея-шутиха.
Сестричка бежит вприпрыжку впереди своего визга. Не выбирая направления — лишь бы бежать. Ноги заводят Бинбин в куриный загон. Пернатые умнее хвостатой (я про прицепленный хвост сейчас), они улепетывают от невнятной, но громкой угрозы с возмущенным кудахтаньем.
Петух слегка тормозит, видимо, шок у бедной птицы. Это ж он тут главный и самый громкий, а тут на его территории беспредел творится. Он тоже начинает убегать, но не может выбрать направление, где нет этой двуногой. И вместо пути по прямой петляет между ногами орущей на высокой ноте девчули.
Хвост неповинного петьки оказывается под детской ногой. Птиц расправляет крылья, бьет ими в воздухе. Машет руками и Бинбин…