— Ой! — только и сказала она, а её большие глаза стали ещё больше.
— Да вы не бойтесь, — успокаивающе произнёс я, впрочем, не делая попытки даже шелохнуться. Тут и парень оглянулся.
— Вы чего-то хотели? — спросила девушка.
— Да, — ответил я и почему-то покраснел. — Хотелось бы узнать, что за книгу вы читаете?
— Книгу? — переспросила зачем-то девушка и посмотрела на своего спутника.
Тот, как ни странно, продолжал молчать, глядя на меня отсутствующим взглядом. Видимо, он всё ещё находился под впечатлением прочитанного.
— Да, книгу, — подтвердил я.
— Да это психологическая фантастика начала двадцать первого века. Неужели вас такое интересует?! — удивилась она.
— Нет. Вы меня не совсем верно поняли, — возразил я. — Мне ведь не видно названия и, тем более, откуда можно понять, что это психологическая фантастика?! Я же не успел прочесть ни строчки. Меня заинтересовало как раз другое. В наши дни найти читающих людей очень-очень сложно, а тут двух, да ещё и молодых. Вот я и заинтересовался, что это за волшебная книга, которая смогла увлечь даже не одного, а двух людей.
— А-а! — разочаровано, как мне показалось, протянула она. — Это очень просто объясняется. Мы студенты историко-психологического факультета, если так можно сказать, точнее, так говорили когда-то, ныне так не говорят, а зря, и нас интересует психология людей конца двадцатого начала двадцать первого века. Так что книга тут ни причём.
— Жаль! — разочарованно протянул я. — Это, так сказать, ваш учебник. А мне-то показалось… А какое отношение может иметь фантастика к психологии? Ведь это можно считать сказкой и только?!
— Не скажите, — возразила она. — В фантастике авторы раскрывались полнее всего именно потому, что большинство относилось к этому жанру литературы точно так, как только что вы соизволили выразиться. И потом — это не учебник в общепринятом смысле. Скорее, один из вариантов возможных реальностей. Дело в том, что автор в одной книге умудрился описать целую плеяду различных реальностей. Причём они существовали синхронно. Разница между ними была столь незначительной, что герой просто заблудился.
— И вы считаете, что это научный подход? — искренне удивился я. — К тому же, насколько мне известно, некий В.В. Головачёв в своё время проделывал это блестяще в своих книгах о запрещённой реальности.
— Простите, вам прочесть лекцию о фантастике и её влиянии на умы человечества? — поинтересовалась девушка, несколько раздражаясь.
— Да нет, конечно, просто это настолько не соответствует моим взглядам, что я удивляюсь без всякой меры.
— Бывает, — подтвердила она, восстанавливая прежнее равновесие в голосе. — У Вас ещё есть вопросы?
— И всё-таки, — упёрся я, — хотелось бы узнать хоть название.
— Да, пожалуйста! — усмехнулась девушка и, взяв книгу из рук своего партнёра, показала мне обложку.