— Присаживайтесь, — пригласила она. — Гостем будете. Откушайте с нами.
— Благодарю вас, — с чувством признательности в голосе, произнёс я. — Но я лучше пойду. Незваный гость хуже… Ваша собака не достанет до ореха?
— Нет, — ответил мужик, как-то очень странно глядя на меня. — Можете идти ближе к дому. Она не достанет. Пуфик! Ша-а! В будку! — прикрикнул он на собаку.
— Спасибо, — поблагодарил я и пошёл по указанному пути.
Слева за домом расположился палисадник с высокой яблоней в центре. Забор изнутри был тёмно-жёлтый, снаружи оказался ярко-красный. Я вышел на деревенскую улицу. Меня ожидало очередное новшество. Здесь другой стороной улицы были сады, прорезанные глубоким оврагом с ручьём на самом дне. Дома же другого бока улицы стояли своей обратной стороной. Дико и непонятно. Это что?! Просто неуважение или нежелание видеть соседей?! Влево, по дороге, на которой я оказался, дома стояли далеко друг от друга, а справа сплошным рядом заборов уходили вдоль рыпы. Я вздохнул и пошёл вправо по односторонней деревенской улице. Слева то и дело вырастали журавли колодцев. Дома стояли торцом к улице. Все они были такие разные!.. Белые с чёрной каймой по фундаменту, голубые с такой же каймой, белые с лепными фигурками птиц и животных, с такими же фигурками на фронтонах и гребешках крыш, но ни один дом не был похож на другой. Были и серые, цементные, и даже с соломенной крышей. Наконец улица упёрлась в расширяющийся овраг. Здесь же свернула вправо и вверх. Однако подъём долгим не был. Дальше следовал поворот налево. Здесь уже улица приняла обычный вид двурядных строений. Только слева стояли какие-то административные одноэтажные домишки. Вскоре мне довелось в этом убедиться лично. Тут устроилась и чайная, и столовая, и магазин со звучным названием «Гастроном», и хозяйственный магазин с не менее интересным названием «Домовой». Интересно, там что, домовыми торгуют?! Я улыбнулся, но заходить не стал, а двинулся дальше. За всеми этими строениями оказался мост через овраг. Я свернул на него и глянул вниз. Здесь высота была очень даже приличная, и ручей был уже не ручьём, а небольшой, но довольно быстрой речкой. Постояв так немного и полюбовавшись на чистую воду, несущуюся куда-то под мост, я направился дальше, придерживаясь ручья, только на этот раз он был у меня уже с правой руки. Как-то незаметно рыпа отдалилась. Между мной и дорогой, выросли новые дома. Но рассмотреть их я не успел, так как вдруг увидел, что мои ноги принесли меня прямо в широко отворённые ворота деревенской церкви. Я изумлённо уставился на паперть, на купола, на колокольню и никак не мог понять, почему не заметил её раньше?! Двери были распахнуты настежь. Поднявшись по ступенькам, заглянул внутрь. У алтаря стоял поп. Услышав мои шаги, он оторвал взгляд от громадной книги, которую читал, и, слегка улыбнувшись, а, может, мне это лишь показалось, кивнул, мол, заходи. Я вошёл. Со стен на меня смотрели чёрные лики святых. К моему сожалению и стыду должен признаться, что в их именах был полный профан. Подойдя ближе к служителю, я остановился в двух шагах, не зная, что делать дальше. Он смотрел на меня, не мигая и не отрывая взгляда. Потом, насмотревшись, тихо сказал: